Онлайн книга «Великая Библиотека»
|
Осознание мелькает в голове, стирая зарождающееся веселье. Он действительно знает о каждом событии моей жизни? Музы, какой кошмар. Головой я понимаю, как все это паршиво, но сил на стыд и неловкость уже не остается. Если он узнал о чем-то неприглядном, то это его проблемы. Нечего лезть в чужую жизнь. Марк сконфуженно поджимает губы и, спрятав руку, отступает. Берт довольно хмыкает, но ничего не говорит. Эрик опускает голову. Отлично. Самое время для этих идиотских сцен. Филипп все-таки продолжает свой путь, и мы двигаемся по коридору в напряженной неловкой тишине. Я перестаю об этом думать. Все эти странные выяснения отношений кажутся просто смешными на фоне мысли о том, что за последнюю пару часов мы были в шаге от смерти не меньше трех раз. Кого волнует все остальное? Когда я уже перестаю верить, что книжные полки закончатся, мы упираемся в деревянные двустворчатые двери. Филипп открывает их быстрым поднятием ладони, и я шагаю за всеми, не пытаясь даже предугадать, что нас там ждет. Сначала все вокруг поглощает тьма. Пальцы Лоры напряженно стискивают мою ладонь, но стоит дверям за нами захлопнуться, как под потолком разливается холодный синеватый свет. Я замираю, не в силах сделать ни шага. Брови ползут наверх. Я словно попала в параллельную реальность, но, сколько ни моргаю, картина не меняется. В огромной комнате, которой и конца не видно, в воздухе парят книги. Страницы шелестят, переворачиваясь. Слова появляются, бесконечно складываясь в предложения, некоторые книги захлопываются и, застыв на пару мгновений, плывут к дверям. Это что вообще такое? Среди нас не находится никого, кто смог бы выдавить из себя хоть звук. На лицах ребят замирает недоверчивое недоумение. Все молчат, то ли не решаясь прервать шелест страниц, то ли не находя подходящих слов. Сложно спросить что-то конкретное, когда не понимаешь вообще ничего. С трудом оторвавшись от одинаковых книг, я поднимаю голову, тут же натыкаясь на взгляд Филиппа. Он смотрит на меня с такой тоской и сожалением, что у меня покалывает в горле, но, перехватив мой взгляд, он все же выдавливает улыбку и спешно поясняет: — Здесь собраны все книги жизни. Вернее, книги тех, кто еще жив. В предыдущем зале лежали законченные. Холодок пробирается от шеи к затылку. Все-таки надгробия? Объяснение так себе. Никто не решается уточнять. Ребята бросают короткие взгляды на меня, тут же возвращаясь к разглядыванию книг. Да что на них нашло? Вздохнув, я сглатываю колючий ком и все-таки озвучиваю общий вопрос: — Что это за место? Честно говоря, вертится на языке совершенно другое. Не представляю, как мне еще удается подбирать выражения. Вид Филиппа такой несчастный, словно я у него экзамен принимаю. Он пару раз открывает и закрывает рот, так ничего и не сказав, но все-таки берет себя в руки: — Это Великая Библиотека. Здесь собраны абсолютно все существующие книги. Включая книги жизни каждого человека, в которых детально описаны события. Ясно. Может, я так и не вернулась из книги Минеды? Может, там случилось что-то ужасное, и я не выдержала? Рассудок не справился, и теперь я вижу какую-то абсолютную чушь. Для плода воспаленного воображения – в самый раз, а вот для реальности – перебор. Гнетущая тишина ясно дает понять, что никто ничего не понимает. Сложно нас в этом винить. Филипп разводит руками и пытается еще раз: |