Книга Великая Библиотека, страница 278 – Анастасия Шелест

— Ты не можешь просто…

— Вообще-то могу, – не моргнув, отзывается Эрик. – Это мое право. Отказаться в пользу кандидата, которого я считаю более достойным. Изучите кодекс, господин Блейк.

У меня не остается слов. Меня словно парализует. Я просто смотрю на Эрика и пытаюсь осмыслить, что только что произошло. Вместо осознания реальности в голове снова и снова крутятся его слова.

Кандидат, которого он считает более достойным. Это правда? Эрик действительно так думает? Почему? Почему он ничего не говорил мне все это время? С чего он сделал такие выводы?

Я не сомневаюсь, что никогда не услышу ответов на свои вопросы, и тону в отдаленных мыслях. Думать о последствиях не выходит. Госпожа Рид довольно улыбается. Госпожа Брик бросает на меня короткий торжествующий взгляд. Меня обволакивает спокойствие, хотя мгновение назад усидеть на стуле было выше моих сил.

Голос Риты настолько выбивается из картины происходящего, что я вздрагиваю и резко оборачиваюсь к ней:

— Это невозможно! Нельзя быть одновременно и Лидером Организации, и Главой Академии.

Звучит логично. Определенно нельзя воевать с самим собой.

Я бросаю вопросительный взгляд на госпожу Рид, но та только едва заметно поводит плечами, оставляя за мной право отвечать. И это они называют помощью? Это в их представлении не быть одной?

Попытка отыскать поддержку у Эрика или Берта тоже проваливается. Берт просто ободряюще улыбается, а Эрик пожимает плечами, предлагая мне разбираться самой. Отличный подход. Что ж, это на их совести. Они сами предоставили мне право выбора.

— Думаю, нам надо многое пересмотреть, – начинаю я, окинув всех беглым взглядом.

Рита хмурится, недоверчиво посматривая на меня. Она явно не понимает, о чем я, и настороженно подается вперед. Господин Блейк сконфуженно поджимает губы, но не вступает в спор. Видимо, противоречить Главе Академии он уже не готов.

Выжданная пауза заставляет меня выдохнуть и продолжить:

— Мы смогли увидеть и убедиться, что у нас получается работать сообща. Пусть у нас есть некоторые различия в обычаях и правилах, но, думаю, мы сумеем преодолеть эти противоречия. Считаю, что стоит начать с объединения того, что когда-то было одним целым.

По кабинету пролетает недоверчивый гомон. Кто-то хмыкает, кто-то просто перешептывается, другие возмущенно бормочут. Госпожа Брик поджимает губы, пряча улыбку. Я выдыхаю и опускаю взгляд.

Им придется смириться, раз уж вынудили меня принимать решение. Менять его я не собираюсь. Давно пора положить конец этой идиотской борьбе ни за что. Мы все потеряли слишком многих. Выжить можно, только объединившись.

Эрик толкает меня в плечо и, наклонившись, хмыкает.

— И ты еще что-то говоришь о том, что не готова? – он сводит брови и, поймав мой непонимающий взгляд, поясняет: – Говоришь так, будто тебя с рождения учили выдавать формальные приказы.

Повернувшись к Эрику, я сталкиваюсь с насмешливым искрящимся взглядом, и возмущение застревает в глотке. Он выглядит таким счастливым. Уголки губ поднимаются, и я тону в одобрении медовых глаз, которое вытесняет все мысли.

— Отлично, – заявляет госпожа Рид, возвращая внимание к себе. – Если мы закончили с обсуждением формальных вопросов, то можем перейти к следующему. Теодора, расскажешь нам, в чем, собственно, дело?