Книга Ее ужасная нечисть, страница 105 – Александра Черчень

— Спасибо!

— Да было бы за что. – Она усмехнулась и протянула руку, сжав ее в кулак. – И да, если все же пойдешь куда-то бить морды – зови!

— Обязательно, – совершенно серьезно пообещала я, касаясь ее кулака своим.

— Во-о-от, наша девчонка! – расхохоталась она. – Если что, то поехали со мной вместе на север, там за тебя точно самые лучшие мужики биться будут!

— Прям-таки разбегутся и будут, – расхохоталась я от внезапности этого предложения.

— А ты зря так. Если еще лет двадцать назад чем невеста была менее образованна, тем больший за нее давали выкуп, то теперь все меняется. А уж маг, да еще и такая красотка, как ты… и нечистевед! У нас же там не как у вас на равнинах, у нас только шасть за пределы двора – и вот тебе самая что ни на есть дикая нечисть!

— Звучит заманчиво, – кивнула я, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. – Но сначала разберемся с тем, что здесь творится.

— Тоже верно, – кивнула Дорна.

Я поднялась, подхватила свою сумку и уже у двери обернулась.

— Дорна… спасибо.

— Не за что пока еще. – Она махнула рукой. – Иди уже! Там, судя по звукам, что доносились часа два назад, твой шуршик догрыз кровать – не иначе.

— Я ему корягу притащила зубки почесать, наверное, это была она, – невольно улыбнулась я в ответ.

— Дай-то бог. Но если у тебя подломятся ножки у кровати – я предупреждала!

— Не, ты что. Финик воспитанный, – улыбнулась я и отправилась в свою комнату.

Воспитанный Финик сидел на столе и старательно делал вид, что занят: перекладывал с места на место какую-то блестящую пуговицу, которую я никогда раньше не видела и происхождение которой предпочла не уточнять.

— Госпожа вернулась! – обрадовался он, тут же отложив пуговицу. – Как прошел день?

— Интересно, – ответила я, снимая куртку.

— Хорошо интересно или плохо интересно?

Я секунду подумала.

— Пока непонятно.

Финик озабоченно пошевелил усами, явно не удовлетворенный таким ответом, но приставать с расспросами не стал: видимо, что-то в моем лице его остановило. Вместо этого он деловито потрусил к кровати, нырнул под нее и воодушевленно чем-то зашуршал.

Я поняла, что надо все же принять стратегическое решение и достать его сокровищницу, просто ради того, чтобы удостовериться в том, что в ней только мои вещи!

Но сейчас… сейчас сил не было даже думать об этом. Казалось, что последняя вспышка эмоций, пусть и радостных, в разговоре с Дорной совсем меня высосала.

— Что-то случилось, – в упор глядя на меня констатировала Хильда.

Ох уж моя любимая фамильяра… всегда она чувствует, когда с ее совенком что-то не так.

Я опустилась на кровать, откинулась на подушку и уставилась в потолок. Сил не было даже на то, чтобы разобрать сумку.

— Завтра узнаю точнее. А пока даже фантазировать о плохом не хочу.

Хильда помолчала. Потом слетела с насеста и устроилась рядом – не вплотную, просто рядом, как она умела, когда чувствовала, что слова не нужны.

За окном шумел ветер, где-то в отдалении слышались голоса и смех. Академия жила своей ночной жизнью.

А мне надо было дожить до завтра.

* * *

Вообще ожидание – самая противная штука, которую только можно представить.

А я еще вдобавок совсем не люблю ждать! Хотелось действовать, куда-то бежать, что-то менять… что угодно, только не ждать!

Да элементарно прижать вот ту мерзавку, что толкнула меня сейчас с книгами в библиотеке и бесценные тома разлетелись по полу.