Книга Яд темной любви, страница 111 – Лана Ежова

Я отступила на шаг, давая матери и ребенку эту первую, бесценную минуту единения. На душе стало неожиданно светло. Это удивительное чувство – смесь опустошенности после изматывающей работы и тихой радости от осознания, что справилась – я знала слишком хорошо, практики было предостаточно. Но сейчас, в хижине, пропахшей кровью и сушеными травами, оно ощущалось гораздо острее.

За спиной послышался едва уловимый шорох. Сердце екнуло, предчувствуя очередную опасность, и я резко обернулась.

Нет, это всего лишь Эрана. Беззвучно рыдая от облегчения, она застыла на пороге. Ее гордые плечи поникли, а длинные ресницы слиплись от слез. И даже Аль, обычно такой невозмутимый, стоял позади нее с каким-то странным, незнакомым выражением на лице: ощущение, будто он хотел что-то сказать, но не решился.

А за окном занималась заря. Робкие лучи рассвета, бледные, словно выцветшие золотые нити, медленно ползли по грязному полу, освещая пятна крови и скомканные простыни.

В тишине я сняла грязные перчатки и мантию, собрала саквояж. М-да, новый день начался бодро, страшно представить, что дальше. Скоро завтрак у регента, можно и не мечтать о сне. Под мои веки словно ведра песка засыпали, но я держалась сносно, закаленная дежурствами в лечебнице.

Что ж, не впервой бодрствовать сутками.

Присев рядом с родильницей, провела повторную диагностику.

— А мне… Можно мне к Эникае и ребенку? – попытался протиснуться мимо кромешника счастливый отец.

Его голос дрожал, а руки, большие и неуклюжие, не находили себе места.

Я кивнула. Угрозы нет, теперь можно всем.

Поднявшись с низенького табурета, тихо произнесла:

— Я оставлю рекомендации и укрепляющие зелья моей служанке.

— Леди целительница, а как я ее найду? – робко спросила Эникая.

— Сестра поможет, – коротко обронила я, не желая тратить время на объяснения.

Где-то вдали уже запели первые петухи – подумать только, и здесь они водятся! – время неумолимо бежало вперед.

Я прошла мимо Эраны, боковым зрением успев увидеть на ее лице растерянность. Ее холодные глаза теперь смотрели на меня по-новому – с благодарностью и стыдом.

— Можем возвращаться во дворец. Успеем собраться на завтрак, – сообщила Алессандру.

Он кивнул и предложил руку опереться. Не задумываясь, приняла помощь.

— Духи! Кто это? – завопила знахарка.

Ее неприятный голос, хриплый и резкий, заставил всех поморщиться.

Старуха вскочила на ноги и, дико вращая глазами, завопила что-то непонятное, кажется на местном языке:

— Духи земли и воды! Эле мере като дуэ! – Она ткнула в мою сторону скрюченным пальцем.

Чего это с ней? Обиделась, что я не позволила угробить роженицу?

— Духи, смотрите на нее! Дуэ! Дуэ!..

— Нат, като нат дуэ! – пророкотал кромешник.

— Принц!.. Ай-вай-май-тай! – Знахарка потрясенно завопила и, прикрыв голову руками, упала на лавку возле стены.

— Нат, като нат дуэ! – повторил Аль. Его голос приобрел необычные гортанные интонации, будто кто-то другой говорил его устами.

— Нат дуэ?.. – спросила старуха со страхом и почтением, глядя на него сквозь растопыренные пальцы.

— Нат! – с нажимом подтвердил кромешник. – Пойдем, Хельена.

Подхватив под руку, он повел меня прочь из хижины.

— Что она сказала? Обозвала меня последней дрянью, отнявшей у нее работу?

Аль весело рассмеялся.