Книга Тебе никто не поверит, страница 34 – Майарана Мистеру

У главного входа никто не дежурил. Не было ни грозного привратника, ни охраны с лишними вопросами. Я смело шагнула глубже внутрь, и тяжелая дверь за моей спиной плавно, с мягким щелчком закрылась сама собой, мгновенно и наглухо отсекая весь шумный уличный мир.

А затем я услышала шаги. Удивительно мягкие, босые, почти беззвучно ступающие по мокрой керамической плитке. Из-за поворота освещенного коридора неспешно вышел мужчина.

Он оказался очень высоким. Я едва доставала ему макушкой до подбородка. Широкоплечий, с длинными сильными руками и густыми тёмными волосами, небрежно перехваченными простым кожаным шнурком на затылке. Его лицо было потрясающе красивым. Пожалуй, даже слишком благородно красивым для простой обслуги обители разврата. У него были высокие аристократические скулы, идеально прямой нос, умные тёмные глаза, спрятанные под тяжёлыми, волевыми бровями. На классического грубого воина-охранника он совершенно не походил. Скорее, он напоминал утонченного книжного учёного, которого по какой-то злой насмешке раздели до пояса, повязали на крепких бёдрах белоснежное льняное полотно и насильно поставили встречать похотливых гостей в элитном борделе.

На его левом обнаженном предплечье тускло поблескивал массивный бронзовый браслет. Рабский ошейник. С выгравированным фирменным знаком этих купален.

Мужчина остановился в двух шагах передо мной и чуть почтительно склонил голову, приветствуя гостью.

— Добро пожаловать в столичные очистительные купальни. Меня зовут Сайс. Я буду вашим личным проводником на сегодня.

Его голос оказался на удивление спокойным и глубоким. Он говорил ровно, с очень лёгким, интригующим незнакомым акцентом — невероятно певучим, как будто каждое произносимое слово он сначала смаковал и перекатывал во рту, прежде чем выпустить наружу.

— Здравствуйте, — коротко отозвалась я.

— Вы посещаете нас впервые? — Он окинул мою скромную одежду служанки коротким, профессиональным и абсолютно равнодушным взглядом. — Прошу простить меня, если я ошибаюсь в своих выводах.

— Вы правы. Я здесь впервые.

— В таком случае, позвольте мне проводить вас к гостевой раздевальне. При самом первом посещении нашего заведения каждому гостю бесплатно предоставляется опытный сопровождающий. Вы можете выбрать его сами, на свой изысканный вкус, и делать с ним абсолютно всё, что только пожелаете.

Я растерянно моргнула, сбитая с толку такой прямолинейностью.

— Совершенно всё?

— Абсолютно всё, госпожа, — он сказал это ровным тоном, без малейшей тени смущения, без многозначительной паузы или сальной усмешки. — Вплоть до воплощения ваших самых тайных и тёмных желаний. Это наш главный негласный принцип. В этих стенах нет ничего запретного.

Горячая, пульсирующая кровь мгновенно ударила мне в лицо, и я почувствовала, как мои щёки запылали пунцовым маковым цветом. Но я краснела вовсе не от девичьего стыда или смущения. Я краснела от закипающей, бессильной злости.

Я стояла и в упор смотрела на этого человека, объективно красивого, явно образованного и неглупого мужчину, и с горечью думала о том позорном бронзовом браслете, что сковывал его руку. О том несправедливом факте, что его наверняка привезли в это мерзкое место силой, совершенно не по его доброй воле. О том, что брошенные им слова «делать с ним абсолютно всё, что пожелаете» были вовсе не красивой рекламной метафорой для привлечения клиенток, а суровой, уродливой реальностью.