Книга Дракон, которого я не выбирала, страница 31 – Ольга Грибова

Лишь в редких случаях он позволял себе вмешиваться. Если и вносил изменения, то незначительные. Те, что не перекраивали будущее до неузнаваемости. Для этого требовалось поистине невероятное терпение.

Именно оно почти покинуло сумеречного, когда ледяной брат покусился на то, что не принадлежит ему. Он не мог не знать! Не мог не чувствовать, комуона предназначена. Брат пошел против него. И не случайно. Осознанно!

В груди поднималась темная, вязкая ярость, похожая на туман перед бурей. Она не вспыхивала резко, как огонь, а сгущалась, давила, заполняла собой каждую мысль.

Предательство всегда ранит невыносимо глубоко. Особенно если оно исходит от близкого.

Фрост забрал не просто женщину. Он посягнул на предназначение, на нить, сплетенную еще до их рождения. Истинная пара… эльтиара… когда два дракона находят сокровище друг в друге. За всю историю их вида такие союзы можно пересчитать по пальцам. Это высший дар драконьих богов, он только для избранных.

Сумеречный знал, чтоона тоже это чувствует. Недаром откликнулась на его зов и пришла. Недаром прикоснулась и пробудила его. И желание загадала то самое, единственно верное.

Ведь могла просить о чем угодно — о силе, о власти, о спасении, о мести. Но выбрала именно тот путь, на котором они смогут быть вместе. Это и было подтверждением. Пусть сумеречный едва знал свою пару, но уже восхищался ею. Смелая, упорная, умная.

Да, ему несказанно повезло. А Фрост все разрушил, тем самым бросив вызов самому порядку вещей. И за это сумеречный был готов сделать то, чего не делал никогда — перестать быть терпеливым.

Он мог смириться с поражением, мог пережить утрату, но простить вмешательство в судьбу — ни за что. Если мир допустил, чтобы их разлучили… значит, мир еще не видел, на что способен дракон, у которого отняли его сокровище.

* * *

Я осознала, что натворила, когда дракон зашевелился. От моего прикосновения по его телу прошла воздушная волна. Она сдула песок, под которым обнаружилась обсидиановая чешуя. Черная, матовая и одновременно поблескивающая в лучах заходящего солнца.

Зрелище было настолько завораживающим, что я застыла в немом восхищении. Но любовалась драконом недолго — в пустыне стремительно темнело. И дело было вовсе не в надвигающейся ночи, для нее еще слишком рано.

Свет будто отступал сам по себе, словно кто-то гасил мир изнутри. Небо над пустыней потускнело, тени вытянулись, сползая с дюн, а песок под ногами казался уже не теплым, а мертвенно-холодным.

Запрокинув голову, я посмотрела вверх и ахнула. Диск солнца все еще висел высоко над горизонтом, но его словно кто-то медленно прикрывал ладонью. Я наблюдала, не в силах оторваться, как сияющий шар сжимается, превращаясь в тонкий серп.

Да это же солнечное затмение! Творец, кого же я пробудила?

Через миг черная тень полностью скрыла солнце. Наступила ночь посреди дня. В этой темноте я уже не различала дракона. Огромная статуя просто растворилась во мраке. Но тьма не была мертвой. Она текла вокруг меня рекой, огибала, закручивалась в спирали, будто силилась принять какую-то форму. И в конце концов ей это удалось.

Часть тьмы сгустилась напротив меня в мужскую фигуру. Я вздрогнула. Не думала, что в этот раз так быстро познакомлюсь с человеческой ипостасью дракона.