Книга Кукольный лес, страница 61 – Саския Калден

— Но может быть так, что Типпи этого не захочет, тогда только я…

— Клара, – сдавленным голосом я прервала ее. – Наверное, сейчас тут будет плохо пахнуть. Если не хочешь стоять в облаке неприятного запаха, тебе лучше подождать меня снаружи.

— Фу, – пискнула девочка, выбегая из ванной и захлопывая за собой дверь. Быстрее, чем я ожидала.

Я расслабилась и немного посидела, чтобы убедиться, что она больше не появится в дверях. С Кларой никогда нельзя быть уверенной.

Когда ничего не произошло, я наклонилась вперед. Сделав два глубоких вдоха, я завалилась на бок, свалилась с сиденья унитаза и ударилась плечом об пол. Около минуты я, неподвижно и неестественно выгнувшись, лежала на холодном кафеле и прислушивалась. Глаза закрыты, лицо расслаблено.

Если отец Клары действительно установил камеру в ванной, то должно было пройти не так много времени, прежде чем он появился бы в дверях, чтобы посмотреть, что со мной.

Но он не пришел. Ничего не происходило.

Может быть, камера действительно была только в коридоре? Пришлось рисковать.

Я поднялась и неуверенным шагом добрела до шкафа с принадлежностями для уборки. Изнутри до меня донесся резкий цитрусовый запах. Я вытащила записку из-под платья и положила ее в красное ведро рядом с пылесосом. Я накрыла ее тряпкой, чтобы мое послание не бросалось в глаза.

Теперь оставалось лишь надеяться, что Дарья первой обнаружит записку и захочет освободить меня из этого ада.

Чтобы проверить, приходила ли она убираться, я в тот же день тайком оставила следы. Волосок от парика, который обронила в комнате Клары рядом с лестницей, несколько крошек под обеденным столом, которые небрежно смахнула со стола рукой после того, как Клара накормила меня кусочком хлеба.

Каждый вечер, сидя на краю ванны в ожидании, пока Клара протрет мне лицо салфеткой, я чувствовала, как бешено колотится сердце. Не слишком ли опрометчиво я поступила, положив записку в ведро? Прошло уже три дня, а Дарьи все еще не было. Волос из парика по-прежнему лежал рядом с лестницей, а крошки – под столом. Стоит случиться какой-нибудь неприятности, вроде недавнего потопа, устроенного Кларой, и ее отец или сама девочка достанут ведро из шкафа, и мне придет конец.

Мне приходилось буквально заставлять себя не смотреть постоянно на шкаф, пока Клара терла мое лицо. На этот раз это заняло чуть больше времени, чем обычно, потому что она непременно захотела накрасить меня маркером, который, вероятно, стащила из мастерской в подвале.

Когда ее отец увидел черные линии под моими бровями и большие, неправильно очерченные губы, он лишь покачал головой и забрал маркер.

Тот факт, что Клару никогда не привлекали к ответственности, даже когда она подвергала мою жизнь опасности, лишь укрепило мою уверенность в том, что записка в ведре стоила того, чтобы рискнуть. Я должна была выбраться отсюда, потому что в следующий раз мне может не повезти и девочка разрисует меня не просто маркером.

И так я прождала еще один день. Вернее, одну ночь, потому что когда в следующий раз отец Клары выпустил меня из клетки и я спустилась вниз, то мне показалось, что в воздухе витал легкий цитрусовый аромат. Я оглядела детскую комнату и заметила, что все выглядит аккуратно и прибранно. Волоска от парика тоже не было.