Книга Коммуналка, страница 69 – Валерий Шарапов

С улицы вернулась Капитолина, которая собирала желтые кленовые листья для икебаны, и с порога начала давать советы.

— Может, к дружку какому забежал? У них же свои дела, у мальчишек. Надо опросить детей, с которыми он в садик ходит.

Клава, которая стояла на лестничной площадке с ведром и шваброй, тоже подала голос:

— Ты по дворам-то смотрела? Может, заигрался где?

Валик Осокин, с меловым лицом, но гладко причесанный и выбритый, тоже подошел ближе.

— Зин, ты скажи, может, помочь чем надо? Сбегать куда? Я могу торгашей на базаре опросить. Цыганок подключим…

— Ага, нам еще только твоих цыганок не хватало! — отмахнулся Коркин. — Может, это они его и украли!

Впервые за все время кухня не была полем боя. Она стала местом общей беды.

Наконец Зина, всхлипывая и подбирая слова, начала рассказывать. Они с Петькой пошли в дежурный магазин за молоком. Она торопилась. Надо было успеть сварить кашу, накормить сына и отвести его в садик перед работой. У входа в магазин Петя заупрямился. Не хотел заходить в душное, набитое людьми помещение. Пообещал ждать у самых дверей. Она простояла в очереди буквально минут десять. Вышла — его нет. Пусто. Несколько раз позвала — никакого толку.

Она обежала все ближайшие дворы, подворотни. Кричала, звала его. Спускалась в темные, сырые подвалы, заглядывала в каждый закоулок. Спрашивала у редких прохожих. Никто ничего не видел и не слышал. Мальчик просто испарился.

Никитин слушал молча, и с каждым ее словом лицо его становилось все более мрачным. Он задавал короткие вопросы. В котором часу он пропал? Кто был рядом? Не казался ли мальчик встревоженным в последние дни? Не следил ли за ними кто-нибудь?

Зина отвечала кое-как, сквозь рыдания. Нет, ничего особенного не было. Петя был обычным, как всегда. Ну, может быть, немного капризничал, потому что не выспался, до полуночи раскрашивал карандашами картинки животных.

Все жильцы дружно еще раз обыскали коммуналку. Заглянули на чердак, проверили каждый чулан, каждый темный угол. Тщетно.

— Идемте со мной, — твердо сказал Никитин, поднимая Зину с табурета. — В управление. Нужно написать заявление. Немедленно.

По дороге он продолжал расспрашивать. О муже, который погиб на фронте. О родственниках. О ссорах с соседями. Обо всем, что могло дать хоть малейшую зацепку. Но зацепок не было.

* * *

Пинчук выслушал доклад Никитина молча, не перебивая, лишь постукивал пальцами по столешнице.

— Ребенка ищут? — спросил он, когда Никитин закончил.

— Все районное отделение на уши поставил. Ориентировки разосланы.

Полковник встал, прошелся по кабинету.

— Ты же понимаешь, Аркадий, что это не случайность.

— Понимаю.

— Это связано с Зубковым. Его похитили, чтобы напугать остальных, чтобы шантажом заставить всех молчать. Поэтому в отдельное производство дело выводить не будем. Мальчишка тоже на тебе.

Никитин тяжело вздохнул, почесал щетину на щеке.

— Товарищ полковник, я один не справлюсь! Это же по сути два дела одновременно. Ну хоть оперов дайте в помощь!

Пинчук остановился, посмотрел на него тяжелым взглядом.

— Почему два? Уже одно. Ты обещал мне сегодня утром принести обвинительное заключение по убийству.

— Я его и принес бы, — с горечью ответил Никитин. — Но появилось новое обстоятельство. И пока мальчик не найдется, спешить с выводами я не буду.