Книга Бёрлингтон-сквер, 23, страница 145 – Дженни Кир

— Кстати, дамы, – объявила Агнес, – моя сестра Дафна звонила сегодня утром и сообщила, что Клара обручилась с Джеком Ригби. Разве это не чудесная новость?

Молодые женщины обменялись взглядами, которые говорили об обратном. Мерси показалось грустным, что Клара решила, будто у нее нет иного выхода, кроме как принять предложение нелюбимого человека. Она также понимала, что предстоящий брак, скорее всего, положит конец их зарождающейся дружбе. Большой дом в Сомерсете, неизбежные хлопоты, а там и дети пойдут: все это сделает поездки в Лондон затруднительными.

— Родители Клары хотели устроить вечеринку по случаю помолвки дочери, но сама она, похоже, решительно воспротивилась. Какая жалость. Правда, я бы вряд ли смогла поехать, но семейные торжества всегда так отрадны…

Джемайма вдруг застонала и ухватилась за спинку кухонного стула.

— О, моя дорогая! – воскликнула Агнес. – Ребенок? Неужели начинается?

— Не может быть, еще рано.

Но даже Мерси, которой прежде доводилось видеть лишь, как рожают животные на ферме, сообразила, что происходит. Она бросила взгляд на часы, думая, что пора отправляться на работу, однако новый крик боли убедил ее: Джемайма важнее.

— Я попрошу Гилберта сбегать за доктором. Он живет здесь дольше меня, так что быстро сориентируется, – сказала она хозяйке, выскочила из комнаты и взбежала по лестнице в мансарду.

Когда Гилберт наконец открыл дверь, сжимая в руках стопку каких-то бумаг, и увидел Мерси, то сразу встревожился.

— Сегодня суббота. Вы работаете. – Его слова были скупы, как всегда.

— Кажется, у Джемаймы начались преждевременные роды. Сможете привести доктора?

— Конечно.

Остатки краски сошли с его и без того бледного лица. Молодой человек хлопнул себя по карману жилета, проверяя, на месте ли ключ, и без промедления вышел на лестничную площадку, сунув бумаги в руки Мерси. Спустя мгновение он уже мчался вниз, перепрыгивая через две ступеньки.

Оставляя стопку у двери соседа, Мерси не могла не заметить, что это была пачка буклетов, рекламировавших услуги Гилберта Адамса, медиума и мастера спиритической фотографии, который способен за весьма разумную сумму «облегчить вашу скорбь, связавшись с дорогими усопшими».

Спасти ребенка Джемаймы, к сожалению, было уже нельзя, и оставалось лишь подчиниться неизбежному, всячески утешая бедную женщину. Девочек поспешно отправили к соседке из дома номер 22, и вскоре их крошечный братик появился на свет, но, увы, так и не сделал ни единого вдоха. Под руководством самой Джемаймы и благодаря опыту Мерси, помогавшей принимать роды у множества животных на ферме, им удалось сделать все правильно, хотя исход был предрешен с самого начала. Младенец был слишком мал, чтобы выжить, и почти наверняка умер еще до того, как тело Джемаймы его отвергло.

Гилберт спустился в подвальные комнаты и сообщил, что доктор задерживается: принимает сложные роды на Леопольд-стрит – там у женщины двойня. Но все понимали, что присутствие врача все равно бы ничего не изменило. Николас появился, когда женщины заканчивали уборку, огорченно хмыкнул, узнав, что на этот раз был мальчик, и почти ничего не сказал, прежде чем снова уйти на работу.

— Спасибо, что догадались позвать Николаса, – поблагодарила Мерси Гилберта, вынося во двор сверток окровавленных тряпок, чтобы сжечь их.