Книга Не бойся, тебе понравится!, страница 49 – Дарья Кузнецова

— Не понимаю, о чём ты, — насупился младший.

— Серьёзно? — криво усмехнулся Шад. — Ты притащил эту женщину и посадил на цепь, а она дом сторожит. Ничего необычного.

Шахаб тоже усмехнулся: с этой стороны он на ситуацию не смотрел.

— Холера любого сторожевого пса переплюнет.

— А если я её заберу? — старший выразительно приподнял бровь и скрестил руки на груди.

— На каком основании? — нахмурился Шахаб.

— У меня нет убедительных оснований оставлять её в родительском доме, — возразил Шад. — А перевезти в подготовленное для содержания пленных место — мой долг.

— Попробуй ей предложить, — криво усмехнулся младший.

— Спрашивать? — Шад насмешливо вскинул брови. — Врага и преступника? Это решается приказом.

— Ты этого не сделаешь. — Шахаб, глядя исподлобья, стиснул кулаки, подался вперёд.

Несколько мгновений братья мерились взглядами в дрожащей от напряжения тишине, а потом Шад вздохнул, уронил руки, потёр ладонью лоб.

— Предки. А я им не верил…

— Кому? — растерялся младший, для которого такой поворот разговора оказался полной неожиданностью: он-то готовился ругаться и отстаивать своё желание сохранить всё как есть. Вопреки логике и здравому смыслу, не хотелось даже допускать мысли о том, что Халлелу сейчас куда-то перевезут, и уж тем более о том, что Шад имеет на это полное право.

— Ярае и Мутабару. И давно это у вас? — криво усмехнулся старший. — Нет, не отвечай, не хочу знать! — Он вскинул ладони. — Обдумай заранее, как будешь объяснять это матери.

— Что объяснять? — всё-таки уточнил Шахаб, хотя об ответе сложно было не догадаться.

Шад мгновение помолчал, пытаясь подобрать слова, но потом плюнул на иносказания — это Ярая дипломат, ей положено, а он терпеть не мог словесную шелуху, — и сказал как думал:

— Что ты трахаешь сидящую на цепи сумасшедшую эльфийку, вас обоих всё устраивает и что-то менять в ближайшем будущем ты не намерен.

— Я не… — начал Шахаб, но под насмешливым взглядом старшего брата осёкся и продолжил совсем не тем, чем собирался: — Я не собираюсь ей ничего объяснять. Это моя жизнь и моё дело.

Он и сам прекрасно понимал, насколько жалко и неубедительно это прозвучало. Отдать должное, брат в ответ ограничился только ехидной ухмылкой и многозначительным «ну-ну», а после как ни в чём не бывало предложил вернуться в комнату и заняться делом.

К счастью, за время их отсутствия никакого скандала не случилось: Повилика продолжала игнорировать шайтара, а тот сосредоточенно копался в вытряхнутых из её сородичей артефактах, кажется вовсе забыв о свидетельнице.

— Есть что-то интересное? — спросил Шад с ходу.

— Ты даже не представляешь насколько! — ответил тот. — Маскировка, связь, открывашка для нашей защиты от порталов… Сокровище, а не эльфы!

— Всё вытряхнул?

— В идеале бы с них одежду снять и волосы осмотреть внимательнее, но не здесь же.

— И правда. — Шад бросил насмешливый взгляд на Халлелу. — Пакуйте этих красавцев, Когтю передадим вместе со всеми потрохами. Дадут Предки — разговорят.

В такой исход он почти не верил: бойцы явно профессионалы, такие любой допрос выдержат. Но это не повод не попытаться.

Так до сих пор и не удалось установить, зачем Повилика понадобилась сородичам. По дипломатической части ничего не нашлось, разведка установила только, что приказ пришёл откуда-то с самого верха, из-за океана. При этом остальные захваченные в лаборатории работники никого настолько сильно не интересовали, об их судьбе беспокоились на общих основаниях. Вслух озвучивалась версия ценности Халлелы Безродной как учёного, но в это не верили ни свои, ни союзники, ни, кажется, сами эльфы.