Книга Не бойся, тебе понравится!, страница 86 – Дарья Кузнецова

Предки благоволили ей заметно и явно, с самого начала. Да, потеряла мужа, но её наградили удивительно талантливыми детьми. Шарифа, если не допустит серьёзной ошибки, с возрастом превзойдёт мать, это было видно уже сейчас, Шахабу тоже досталась исключительная сила, и старший брат немногим ему уступал… Жаль, оба они раскрылись только во время войны, не обучались толком. Но что это, как не знак благословения Предков?

А вот что происходило сейчас — она не понимала. Предки откликнулись на её зов, подтверждая притязания на власть, и за прошедшее с тех пор время отношение духов как будто не изменилось, они продолжали симпатизировать шаманке. Выбором старшего сына Шаиста не восхищалась, но могла понять и принять — да, неидеальный, но Ярая ей нравилась. Достаточно сильная, но — благоразумная и способная действовать осторожно и хитро, другая бы Шаду не подошла. Да и влияние её шло сыну на пользу, несмотря на то, что сейчас все эти изменения ударили по самой Шаисте. С момента женитьбы старший стал сдержаннее, спокойней, рассудительней и — благоразумнее, если не считать этого происшествия. Младший же… Не успела она обрадоваться невероятной милости духов, подаривших уже оплаканного ребёнка, и вдруг — вот.

Шутка Предков. Издёвка. Щелчок по носу зарвавшейся шайтары. Или просто нелепое совпадение? Когда привыкаешь видеть во всём вмешательство духов, и они дают для этого много поводов, сложно помнить, что жизнь зачастую течёт сама, без их ведома и участия. Жизнь почти всех смертных, нормальная жизнь.

Шаиста злилась, но больше на себя за несдержанность, чем на сына. Что с него взять — глупый мальчишка! Но она-то знала, должна была помнить, что её сыновья упрямы, как сотня баранов! Растерялась, дала волю эмоциям, от неожиданности даже не сообразила взглянуть на обоих внимательнее, насколько глубоко в него проросла эта дрянь, что вообще с ним происходит. Как результат поспешности — скандал. Только этого ей и не хватало!

Как остроухая умудрилась его окрутить? И как с этим разбираться — теперь-то!

Шаиста тяжело вздохнула, одним глотком допила остывший кофе и поднялась из-за стола. Не время и не место для слабости, у неё и правда еще множество дел и встреч, а проблема не настолько острая, чтобы ради неё отменять всё. Ей надо остыть, сыну надо остыть, Шаду… По Шаду плачет воспитательная хворостина, потому что мог бы хоть как-то предупредить, но теперь уже поздно. И после разговора — поздно, и вообще — поздно, давно уже вырос и благополучно женился с её попустительства, так что даже никакие старые законы времён радикального матриархата не вспомнишь: по ним он теперь в зоне ответственности супруги.

* * *

Шахаб до последнего не верил, что их вот так спокойно отпустят. По коридорам шёл быстро, так что Халлела едва за ним поспевала, но — не спорила. Тоже, наверное, чувствовала, как в затылок дышит воображаемая погоня и за каждым углом поджидает готовая к бою стража.

Обошлось. Никто не препятствовал, только изредка любопытно косились, а охрана провожала цепкими внимательными взглядами, но спросить ничего не пыталась: приказов о задержании кого бы то ни было не поступало, странная парочка не в крови и налегке, да и Шахаба кое-кто опознавал.

Они выскочили наружу, под мелкий неприятный дождь, пересекли площадь, нырнули в переулок — и шайтар, оглянувшись на равнодушный к беглецам дворец, наконец сумел выдохнуть и немного расслабиться, сбавить скорость, а потом и вовсе — остановиться.