Книга Антитело, страница 42 – Дарья Кузнецова

— Бесишь.

После чего развернулась и устремилась к выходу.

— До встречи, Нина! — прилетело в спину радостное, и я пожалела, что дверь автоматическая и ею нельзя хлопнуть.

Стоило потерять ксеноса из виду, и объект приложения раздражения резко поменялся: меня опять возмущало собственное поведение и слишком бурная реакция на этого типа. И ладно бы реакция была постоянной! Ну попадаются же такие люди, с которыми по необъяснимой причине невозможно рядом находиться. А с этим… То вроде нормально, взрослый разумный человек, даже как будто интересно поговорить, а то — придушить хочется. Лучше бы, честное слово, опять рисовать тянуло!

Стоило об этом подумать, и пальцы откровенно зазудели от желания взяться за ручку, а в голове замельтешили образы.

Ругнувшись, отвлекла себя анализом собственного физического состояния, благо армейская версия шимки и не такое может. Однако умный приборчик уверял, что всё с моими гормонами и прочими частями организма хорошо. Кое-что чуть выше нормы, кое-что — чуть ниже, но в пределах естественной реакции организма и без признаков стороннего вмешательства.

Вин! Скорее бы уже прилететь, а ведь еще суток не прошло с момента старта!

На кораблях системы «Скат», да и на всех остальных космических кораблях дальнего сообщения, есть две двигательных системы: прыжковая установка, работающая на космолите, и маршевый двигатель, чаще всего на атомной тяге. Первая обычно располагается посередине корабля, это обеспечивает равномерность пространственного искажения, реакторы — ближе к хвостовой части, где работает главный двигатель.

Центральное машинное отделение — это вытянутый отсек между первым и вторым. Туда стекается служебная информация о состоянии всех систем корабля, оттуда осуществляется доступ к основным силовым агрегатам, да и не только к ним. И примерно семь из десяти возникающих неполадок можно исправить именно оттуда.

Образование штурмана универсально, мы не привязаны к конкретному типу корабля так, как механики, но всё равно готовят нас под определённые проекты. Тот, кто управляет техникой, должен понимать, как она работает, — золотое правило. Да, починить кто-то из звездочётов ничего не сможет, почему над нами снисходительно посмеиваются все мазуты и называют «белой костью», но слишком опасно не знать, на чём именно ты летаешь и что нужно кораблю для нормального функционирования.

Так вот, мне, успевшей привыкнуть к большим старым кораблям с экипажем в пару сотен человек, в первое знакомство с таким малюткой, как «Скат», было дико услышать, что экипаж корабля — всего двадцать человек. Ладно для лёгких катеров поддержки, которые базируются на крейсере, но для самостоятельной боевой единицы?

Объяснение, впрочем, оказалось простым и логичным. При современном уровне сложности и компактизации корабельных систем от водоочистки и регенерации воздуха до вооружения и управления прыжковой установкой нет никакого смысла содержать большой штат механиков. Когда размеры кораблей были продиктованы громоздкостью основных узлов, дополнительная нагрузка в виде сотни узкоспециализированных техников распределялась равномерно, да и нужное ремонтное оборудование было куда приткнуть. А теперь проще весь крупный ремонт осуществлять на базовых станциях, в результате и специалистов столько не нужно, и техники.