Книга Чудеса в ноутбуке, страница 79 – Дарья Кузнецова

— Откуда ты знаешь? Ты же спишь. Ну то есть глаза у тебя закрыты.

— Чувствую. Что-то случилось?

— Мне не даёт покоя предательство Аргаи. То, что она стерва, ничего не объясняет. Зачем стерве лезть в ненужную ей грязь? Она точно надеется получить что-то очень важное для себя. И мне вот подумалось вдруг. А она не предлагала тебе… как бы так помягче? Стать отцом её ребёнка.

— Чего? — Мгновение спустя Кощей наконец осознал вопрос и, повернув голову набок, ошарашенно уставился на меня.

— А почему тебя это так шокирует? — я пожала плечом. — По-моему, вполне естественное для женщины желание в какой-то момент времени. Особенно если учесть, что вы все такие одинокие. По поводу её влюблённости я погорячилась, а вот это — чем не мотив? Вот ты бы согласился, если бы она предложила?

— Конечно нет! — ещё более растерянно ответил он.

— А почему?

— Ну и вопросы у тебя с утра пораньше, — проворчал он, вернул голову в прежнее положение. Прикрыл ладонями лицо, потёр глаза.

— Нет, ну а всё-таки? Почему? — не сдержалась я, когда Кощей сел на постели ко мне лицом и смерил пристальным взглядом.

— Хотя бы потому, что у ребёнка должно быть двое родителей. А когда они ненавидят друг друга — это очень сомнительная семья, — ворчливо ответил он. Но всё-таки ответил.

— Ненавидят?.. — повторила за ним. — А ты в ней точно уверен?

— Я утрирую, — нехотя признал он. — Ненависть — слишком сильное слово. Недолюбливают. Я считаю её эгоистичной стервой, она меня — унылым занудным придурком.

— Извини, я, наверное, ещё не до конца проснулась. Что-то прямо образец тактичности с утра пораньше… — Зажмурившись, я тоже потёрла ладонью лицо, вдруг щёки гореть перестанут.

— Версия безумная, — рассеянно подтвердил Кощей, проигнорировав извинения. — Но имеет право на жизнь. — Я распахнула глаза, уставившись на него недоверчиво, а он усмехнулся. — Это в духе Аргаи: если чего-то не дают, взять это, не считаясь с чужим мнением. Мне сложно поверить, что она вдруг решила стать матерью, тем более с моим участием, но… Чёрт! Пойду умоюсь, — он тряхнул головой.

Я с удовольствием проводила поджарую фигуру взглядом до двери санузла и только после этого начала вставать.

Оказалось, проснулись мы рано, в начале девятого, и в это время в кафе было очень людно. Столовались ночевавшие в фурах дальнобойщики. Нам досталось несколько любопытных взглядов, но и только, обстановка царила дружелюбная. Повезло занять отдельный столик: что-то энергично обсуждавшие мужчины освободили его как раз тогда, когда мы вдвоём шагнули в зал.

Здесь было достаточно шумно, а соседи — достаточно увлечены едой и разговорами, чтобы и мы беспрепятственно могли продолжить обсуждение. Утреннюю версию с ребёнком единогласно решили отложить на самый крайний случай и обдумать другие варианты.

Помимо власти, нашёлся ещё один, вполне здравый мотив. Кощей признал, что про подселенцев они знали слишком мало, и отталкиваться в оценке их возможностей следовало не от прошлого опыта, а от целей противника. Если он хотел получить возможность протаскивать сюда своих сородичей, значит — неплохо понимал в перемещениях между мирами. И если Работин предложил Аргае возможность вернуться домой, та могла уцепиться.

— Думаешь, это невозможно? Но она же не дура — поверить на слово.