Книга Родные миры, страница 85 – Дарья Кузнецова

— Надо, наверное, твою спину обработать, — неуверенно предположила я, со смешанными чувствами разглядывая собственные пальцы с запёкшейся уже кровью под ногтями. Шевелиться совершенно не хотелось: слишком удобно было лежать на широкой груди мужчины в его объятьях.

— Заживёт, — пренебрежительно фыркнул он. Потом плавно, с ленцой перекатился на бок, укладывая меня на спину, и, опираясь на локоть, несколько секунд внимательно разглядывал с непонятным выражением лица, медленно поглаживая ладонью по животу. — А ты, оказывается, хищная девочка… Так и не скажешь!

— Не будите во мне зверя, — рассмеялась я в ответ. — Сам виноват, теперь не жалуйся.

— А похоже, что я жалуюсь? — насмешливо поинтересовался он, вскинув брови. Я неопределённо повела плечами. — Наоборот, очень… волнующее открытие, — улыбнувшись, Кар склонился ко мне ближе и поцеловал. На этот раз — вдумчиво, чувственно и неторопливо. И я с готовностью ответила на эту ласку, невесомыми прикосновениями пытаясь загладить нанесённый моими же руками ущерб.

И как до этого нас обоих смёл один и тот же ураган ощущений и желаний, так и сейчас обоим хотелось неспешно прочувствовать всё до конца. Глубоко и мучительно медленно, — каждое движение, каждый поцелуй, каждый вздох. Осознать и ощутить каждую клеточку тела, отдавшись плавным волнам древнейшего танца.

Доверившись сильным рукам, без труда удерживавшим меня на весу, откинувшись спиной на грудь мужчины, крепко держась за его запястья, я чувствовала себя полностью открытой и совершенно беззащитной перед ним, его взглядом и прикосновениями. И почему-то сейчас это было не страшно и не опасно, а, наоборот, правильно и очень приятно. Я покачивалась на волнах наслаждения вверх-вниз, направляемая уверенными руками, и чувствовала в себе способность взлететь. Вот-вот, прямо сейчас стать летучим эфиром и воспарить к потолку лёгким прозрачным облачком.

В общем, нельзя отказать Птере в прозорливости: заснули мы действительно очень нескоро. Не знаю, что ощущал в это время Кварг, но я чувствовала себя умиротворённо и на редкость приятно в его объятьях, окружённая коконом его тепла и наполненная растекающимся по всему телу расслабленным блаженством.

Пробуждение же оказалось куда менее радужным. Очнулась я от ломоты во всём теле и недостатка кислорода, отчего поначалу несколько растерялась. А, определив собственное положение в пространстве, растерялась окончательно. По всему выходило, ничего страшного не случилось, просто я в какой-то момент оказалась лежащей с аккуратно завёрнутыми за спину руками, носом в постель, зафиксированная сверху телом Кара. Последнее было допущением: разглядеть, кто там меня держит, я вот так сходу не могла. Но этот кто-то, определённо, был жив, и он невозмутимо спал.

— Кар, — прогудела я в подушку и поёрзала, насколько позволял захват.

— Что? — мгновенно проснувшись, мужчина вскинулся. И, видимо, тоже сообразил, что что-то не так, потому что руки мои отпустил (это я тоже предположила, потому что они уже успели насмерть затечь в неудобном положении) и перекатил меня на спину. — Ох, духи! — пробормотал он.

— Какого, извиняюсь, глюма? — проворчала я, пытаясь пошевелить руками. Если левая ещё частично слушалась, то правую я не чувствовала от самого плеча.