Книга Боги глубокого космоса, страница 116 – Дарья Кузнецова

— Забавно у вас придумано. Сначала «соединить плоть», и только потом обменяться клятвами. А если к утру кто-то передумает? — иронично хмыкнул он. По комнате за время нашего разговора поплыли дивные запахи готовящейся еды. Казалось бы, обыкновенная яичница с колбасой, а как вкусно пахнет!

— Для этого всё и делается, — я пожала плечами. — Последний шанс определиться. В общем-то, даже кровью меняться не обязательно: это для тех, кто любит пышные эффектные церемонии. Всё это при желании можно очень красиво обставить, а я к подобному с детства относилась настороженно и с опасением; например, на рассвете ни за что не встану! Тем более, чтобы явиться куда-то в приличное место, — хихикнула я.

— Значит, сейчас — ужин, и займёмся документами, — резюмировал мужчина.

— Так не терпится побыстрее с этим закончить? — удивилась я. От этой мысли на душе почему-то стало ещё теплее и радостней.

— Представь себе, — пожал плечами он, раскладывая результат эксперимента (выглядящий, к слову, вполне съедобно, а пахнущий — аппетитно) по тарелкам. — То ли я переобщался с драконом, то ли ты на меня так действуешь, но отчего-то ужасно греет мысль о нерасторжимости ваших браков. Раньше я таким ревнивым не был, — насмешливо подмигнув, резюмировал мужчина, выставляя тарелки на тот самый узкий стол и жестом предлагая мне один из высоких стульев. — Кстати, о ревности; что там ещё про узоры на рогах было?

— Не волнуйся, можно и без них, — захихикала я. — Как с вашими кольцами, которые на пальцах носят, только на рогах это резной узор. Так что в срочном порядке отращивать рога тебе не придётся. Но я не поняла, причём тут ревность?

— При том самом, — фыркнул он. — Говорят, если жена мужу изменяет, у него рога растут. Я, уж извини, не имею представления, откуда пошло это поверье.

— А я догадываюсь, — весело улыбнулась я. — Это намёк на демонов! У нас-то верность не считается необходимым условием совместной жизни.

— То есть, ревновать тебя действительно нужно? Или, наоборот, бесполезно? — как-то странно усмехнулся мужчина.

— В каком смысле? — растерялась я.

— В смысле разницы моральных норм, — он пожал плечами и едва заметно нахмурился. — Ладно, не бери в голову.

Несколько секунд я в полном недоумении разглядывала вдруг помрачневшего и растерявшего хорошее настроение мужчину и пыталась понять, что именно я неправильно сказала. Так ничего не сообразив, торопливо соскользнула со стула на пол, подтащила предмет мебели поближе к Нилу и залезла обратно. Прижалась к мужчине, одной рукой ухватившись за его локоть, а другой — обняв за плечи. Резкая перемена настроения человека не на шутку меня встревожила, не говоря уже о возникающем в груди щемящем болезненном чувстве при виде его сердито нахмуренных бровей и строгой складки в уголках губ.

— Дань, что такое? — предприняла я ещё одну попытку разобратсья. Он вздохнул, высвободил локоть из моей хватки и обнял меня.

— Ничего, бесёнок, всё в порядке. К такому даже не слишком ревнивому человеку сложно привыкнуть, — хмыкнул он.

— К чему? — упрямо нахмурилась я, не спеша так просто сдаваться.

— К тому, что измены можно считать нормой жизни. В человеческом представлении всё-таки…

— А-а! — осенило меня, и я облегчённо рассмеялась. — Ты решил, что я… Глупый! — хихикая, я звонко чмокнула мужчину в щёку. — Зачем бы мне искать кого-то ещё?