Книга Боги глубокого космоса, страница 140 – Дарья Кузнецова

— Шлиш, зря стараешься, — предупредила я. — Я ненадолго.

— Положено, — решительно отрезала она, и через несколько секунд переключилась на Нила. Тот стоял с настолько ошарашенным видом, что мы с мамой, переглянувшись, захихикали. Вернее, хихикала я, а мама злорадно хохотала в голос. Надо думать, если у неё отняли возможность поквитаться с врагом самым правильным способом, шанса посмеяться над ним она не упустит.

— Что она делает? — на наше веселье мужчина никак не отреагировал, явно боясь пошевелиться, пока домовуха, вцепившись обеими руками в футболку на его животе, сначала внимательно его обнюхала, потом пару раз задумчиво лизнула локоть, а потом, удовлетворённо кивнув, принялась за ту же процедуру, через которую прошла я.

— Нюхала и лизала чтобы выяснить, что ты за зверь такой, какие у тебя намерения и как тебя воспринимать, — пояснила я. — А сейчас она убирает с тебя чужие запахи, взамен оставляя запах дома. Метит, проще говоря. Ну, и перекусывает заодно. Не волнуйся, это обычная и очень полезная процедура, — попыталась поддержать его я, но не слишком удачно, потому что опять захихикала. — Понимаешь, они питаются энергиями, в основном — их излишками; всем, что оседает на поверхности, а взаимодействовать с ними могут только через прикосновения.

— И что, она вот так всегда делает? Со всеми? — потрясённо уточнил Нил. Мама опять закатилась хохотом, а я поспешила пояснить, разрываясь между смехом и сочувствием.

— Дань, это правда нормально. Домовуха — это второе и последнее после риналь или просто любовника существо, тактильные контакты с которым не просто не раздражают, а доставляют удовольствие всем демонам без исключения.

— Кхм. А ничего, что я не демон? — кашлянул он, всё так же боясь пошевелиться.

— Она никогда людей не видела, имей снисхождение. Неужели всё так ужасно? — сочувственно хмыкнула я. — Она же ничего ужасного не делает.

— Понимаешь, мне довольно странно, что постороннее высокоорганизованное разумное существо вот так об меня трётся.

На этот раз я не выдержала и зашлась смехом вместе с мамой.

— Ой, молодёжь, насмешили, — с трудом проговорила она, икая и всхлипывая от смеха.

— Чем же? — раздался за нашими спинами голос отца. Стремительно развернувшаяся на месте мама, за весельем непростительным образом проворонившая явившегося у неё за спиной демона, попыталась выказать своё раздражение, но не успела: отец всё-таки быстрее.

И нашему вниманию предстала хорошо знакомая мне с детства картина: руки мамы аккуратно заведены за спину, ноги в области коленей крепко зафиксированы отцовским хвостом, сама женщина плотно прижата к мощному мужскому телу, а рот закрыт поцелуем. Всё-таки успел; что значит, годы опыта!

Альтурия С'Арн — не только красивая женщина и сильный воин, но ещё и обладательница весьма скверного характера. Это непосвящённые вроде людей или лично незнакомых с моими родителями демонов могут бояться грозного Мертвителя Кернатура С'Эрса, обманываясь гораздо менее внушительной наружностью его риналь. А вот более осведомлённые разумные существа в первую очередь вполне справедливо ожидают подлянки именно от неё.

Моя мама переменчива, как весенняя погода в Плоских горах, обладает темпераментом белого гиганта и вспыльчива как… как Альтурия С'Арн: подобрать хотя бы примерно сравнимый аналог мне никогда не удавалось. Наверное, такую её мог вынести только отец — чудовищно сильный, безжалостный, очень мудрый и невозмутимый демон. Они были тем, что можно без сомнений назвать «идеальной парой». Если она вдруг начинает сердиться, даже папа старается лишний раз не высовываться без особой на то нужды: пока Альтурия не выплеснет гнев, унять её очень сложно. И одна из вещей, которые её несказанно раздражают, — это те случаи, когда кому-то удаётся застать её врасплох, как сейчас сделал отец. Зато есть безотказный способ избежать гнева Охотницы: резко переключить её на что-нибудь безобидное, когда она ещё не успела окончательно вспыхнуть. Продемонстрированный отцом метод самый эффективный, но очень узкоспециализированный, подходит только ему; а мы с сестрой всегда предпочитали спрятаться.