Книга Боги глубокого космоса, страница 83 – Дарья Кузнецова

— Демоны не образуют пары по принуждению, — я пожала плечами. — Только по взаимному желанию.

— Вот это неожиданно, — хмыкнул Нил. — Я от вас такого благородства не ожидал, уж извини.

— Это не благородство, это жизнь, — вздохнула я. — Появление детей в паре возможно только тогда, когда оба этого искренне хотят, только и всего. Да, с биологической точки зрения это ужасно нерационально, но я понятия не имею, почему всё устроено именно так.

— Ладно, а, возвращаясь к имени рода, если муж категорически отказывается его принимать, и ужасно гордится собственным именем, что тогда? — в глазах мужчины светилось любопытство.

— Это не имеет значения, — я вновь пожала плечами. — Можно отрицать свой возраст, но ведь он из-за этого не изменится, правда? Даже если пытаться скрыть всё, как пытался С'Наур, рано или поздно правда обязательно всплывёт; Саная очень не любит, когда её воле пытаются перечить.

— А если единственный носитель имени умирает, и потомства нет?

— Ой, там всё совсем сложно, — поморщилась я. — Но имя в конце концов окольными путями всё-таки находит своего наследника.

— М-да, — задумчиво резюмировал Нил. — Какой, оказывается, твой отец толерантный демон, — насмешливо хмыкнул он.

— Папа хороший, — с довольной улыбкой согласилась я. — И ты ему понравился.

— Почему ты так думаешь? — вопросительно вскинул брови мужчина. При этом он задумчиво и чуть иронично улыбался, разглядывая моё лицо.

— Ну, он же доверил тебе заботу обо мне, — рассмеялась я, но потом посерьёзнела. — Почему ты так странно на меня смотришь?

— Не странно, — он раздосадованно поморщился, тряхнув головой. — Засмотрелся просто. Ты очень красивая, — почему-то виновато улыбнулся мужчина. — Чёрт, весь день у меня сегодня что-то с головой творится, как будто и правда наполовину там остался, — раздосадованно вздохнул он.

— А это не может быть опасно? — встревоженно уточнила я.

— Нет. Мне кажется, это не мои ощущения, а дракона; уж очень он был погружён в себя и в воспоминания, и на протяжении всего разговора от меня отмахивался, — недовольно проворчал сканер. — Похоже, решил, что игнорировать меня мало, и предпочёл придавить заодно и этим, чтобы под руку не лез. Скотина чешуйчатая.

Мы почему-то одновременно замолчали, разглядывая друг друга. Было такое странное ощущение, будто через этот взгляд мы о чём-то разговаривали; не на разумном, мысленном уровне, а где-то гораздо глубже. В сердце разливалось нежное и радостное тепло, наполняло всю меня, выходило за пределы моего тела, окутывало лежащего рядом мужчину, каюту, весь корабль и сквозь пустоту устремлялось к далёким звёздам.

Это странное ощущение чего-то крошечного и ласкового, заключённого внутри, под рёбрами, и одновременно непостижимо огромного длилось считанные мгновения. А потом, возвращая меня в реальность, с порога прозвучал бодрый голос Фила:

— Во, Дань, хорошо, что ты не спишь! Ты же у нас техник, да? — проговорил он. Нил, прерывая зрительный контакт, обернулся посмотреть, что происходит в каюте. — Не в службу, а в дружбу: глянь, что с ним такое?

— Да, конечно, — спокойно кивнул сканер. — Поставь на стол, я посмотрю.

В этот момент, мучимая любопытством, я приподнялась на месте, выглядывая из-за плеча мужчины. Пилот аккуратно устраивал на столе внушительных размеров чемодан странной формы, судя по всему — довольно тяжёлый.