Книга Симбиоз, страница 134 – Дарья Кузнецова

— Жень, с вещами на выход, — спокойно проговорил дядя Боря.

— Я‑то, конечно, на выход; а что случилось? — уточнил тот.

— Паспорт тебе выдавать будут, иди уже, — усмехнулся капитан.

— А — а, тоже полосками покрываться. Ада Измайловна, смотри — тоже тигром буду, — насмешливо подмигнул он, поднимаясь с кресла.

— Какой ты тигр, кошак облезлый, а ещё туда же, — устало отмахнулась женщина. Василич, правда, и не подумал обижаться, рассмеялся радостно и вышел вслед за кивнувшим на прощание Матисом. — Борь, ну что там с этим мальчиком? — тем временем обратилась она к мужу.

— Жить будет, — насмешливо отмахнулся дядя. — Какие‑то у него там срочные дела, как сможет — проявится, не дёргайтесь.

«Не дёргаться» легко на словах, а на практике у меня это получалось плохо. Если честно — не получалось вовсе. Я упрямо пыталась отвлечься, сосредоточиться на чём‑нибудь полезном, но всё равно раз за разом возвращалась мыслями к Суру. Продолжала вскидываться на каждое движение (чаще воображаемое) возле входа, перебирала в голове все возможные кары на голову мужчины и сама себя доводила чуть ли не до паники, потом всё‑таки умудрялась отвлечься и переключиться. Полезной деятельности от меня, правда, ждать перестали окончательно, потому что информация не укладывалась в голове, а из рук сыпалось решительно всё, начиная с тарелок (благо, они здесь небьющиеся) и заканчивая скрипкой.

Последнюю лучше бы вообще не трогала, честное слово! Через пять минут мучений я умудрилась порвать струну, то есть — поставила крест на музыке на неопределённый срок. Кто знает, когда теперь предоставится возможность найти замену.

Спасение я нашла в местных видеоиграх и развлекательной литературе, и первые, как показала практика, помогали лучше. Наверное, потому, что местные книги принципиально не отличались от знакомых, и в них постоянно попадались моменты, возвращающие меня к мрачным мыслям. Собственно, таковыми были все сцены романтического характера, все мужчины, хоть чем‑то похожие на Сура, и ещё сотни на первый взгляд, казалось бы, совершенно не связанных с предметом моей тревоги мелочей.

В таком режиме прошло три дня. За это время уже вся наша компания, включая младшего, успела обзавестись симбионтами и активно осваивалась в новом мире. Активнее всех, конечно, Иван; он умудрился с ходу вписаться на какие‑то лётные курсы, и это был единственный случай, когда я всерьёз выпала из своего апатичного ожидания в реальность. Хотя братец, по — моему, об этом пожалел, потому что выпала я исключительно для поддержки тёти Ады, отчитывающей его за безалаберность.

— Женщины, уймитесь, — вскоре пресёк нашу панику дядя Боря, насмешливо переводя взгляд с одной на другую. — Пусть лучше под контролем профессионалов учится, чем втихаря осваивает самостоятельно.

Аргумент срезал обеих, возразить на него было нечего, и мы стушевались.

— Действительно, всполошились, как наседки, — усмехнулся Василич.

— Женщины, — философски резюмировал довольно улыбающийся братец. А что бы ему не улыбаться, с такой‑то поддержкой?

— Мужчины, — мы с тётей, переглянувшись, сокрушённо качнули головами. Получилось пугающе синхронно, так что рассмеялись все.

— Как я вижу, информация достоверная, адаптация идёт полным ходом? — прозвучал вдруг отлично знакомый голос. Сидя спиной к двери, я не заметила появления нового действующего лица, в первый момент даже не поверила своим ушам и озадаченно уставилась на дядю.