Книга Мораль ментального мага, страница 75 – Дарья Кузнецова

Кентавр приятно удивил: не ограничился сидением в комнате или на одной из галерей, а предложил полюбоваться зимним садом. Исса проглотила колкий вопрос, откуда он вообще знает о существовании этого места, и согласилась. Следом пришлось проглотить ещё десяток не менее едких замечаний о пользе столкновения с менталистом, ревности кентавра и его неожиданной готовности ради девушки забыть про любимые тренировки.

Исса и сама толком не понимала, почему так сердится и буквально исходит ядом. Яман хотел как лучше, откуда всё это недовольство?

До нужного места змея тоже решительно хромала сама, опираясь на его локоть и небрежно отмахиваясь от более существенной помощи: она и сама не понимала, почему упрямится. На ходу обсуждали дело: провальную для Иссы игру и проблемы линии поведения, выбранной её командиром. Кентавр рассказал, что уже сталкивался с Лином, поэтому прекрасно знал, что он паршивый тактик, индивидуалист и выезжает обычно на дурной силе, дал несколько дельных советов.

Змея не могла сказать, что ей не интересно, слушала она увлечённо, задавала вопросы. Но всё равно внутри точило неприятное чувство. Что-то шло неправильно, не так, хотя вроде бы — как обычно. Может, в этом и проблема?..

В зимнем саду было людно, но без толпы. На входе сидел привратник, который занимался наискучнейшим делом: следил, чтобы не проносили ничего лишнего, и подсчитывал входящих и выходящих, причём больше с помощью установленных на входе заклинаний, чем собственными силами. Вместимость зимнего сада ограничивали принудительно, чтобы защитить растения от излишнего внимания.

Выложенные камнем дорожки разбегались в почти лесу, кое-где красовались плотные газоны, на которых разрешалось сидеть, отдельные растения ограждались персональными заборчиками, возле иных — стояли яркие предупреждающие таблички, местами подкреплённые и магическими контурами. Студенты, в основном парочки, прогуливались или сидели на скамейках, кто-то в одиночестве читал под сенью пальм. На них с завистью поглядывали те, кто в этой теплице подрабатывал.

Под стеклянными сводами было тепло и влажно. Яман расстегнул пару пуговиц рубашки и закатал рукава, а Исса наслаждалась, представляя, что на некоторое время вернулась домой.

Они дошли до дальнего края зимнего сада, где в отдельном стеклянном павильоне находился орхидариум. Яман неодобрительно поморщился, но Исса шагнула внутрь: там никого не было, а сейчас хотелось побыть вдалеке от чужих глаз.

— Давай присядем, отдохнём.

— Давай. В общем, что касается Лина, не дай Всеотец оказаться с ним на службе в одном отряде, а то и под началом. Он-то тоже в поля рвётся. Боевик, — поморщился кентавр.

— Ну не бросать же специальность, — рассеянно отозвалась Исса, оглядываясь по сторонам, — тем более на последнем курсе. Тем более если ему нравится.

Взгляд скользил по кожистым зелёным листьям, толстеньким воздушным корням и ярким лепесткам всех цветов радуги. После однотонной местной зимы глаза отдыхали и радовались пестроте, насыщенным краскам и жизни. Пахло прелостью и влагой.

— Но это же не повод подводить остальных! Если он за столько лет не научился осмотрительности, — Яман скривился и махнул рукой. — Из-за такого боевого товарища и погибнуть можно!

— Ну сразу командовать его никто не поставит, разберутся.