Книга Мораль ментального мага, страница 92 – Дарья Кузнецова

— Он страшно богатый внебрачный сын императора? Или ещё какой большой горки? — предположила Велица.

— Ну… Нет, но связи на самом высоком уровне.

Оказалось, Книжник — ни много ни мало — близкий друг и доверенное лицо первого наследника, вхожий не просто к императору, а в его семью и пользующийся благосклонностью императорской четы. Теперь хотя бы прояснилось, откуда вообще взялись слухи про интрижку с правительницей: он неплохо знал её лично и явно вызывал симпатию. Насколько глубокую — тут со стороны судить было сложно, но слухи об интрижке ходили и в столице. Правда, по-тихому, потому что доказательств никто не имел, а наговаривать на императрицу — самоубийц нет.

Уже немного зная этого дракона, Исса готова была поручиться: ничего такого не было. Вряд ли мужчина, проявлявший с ней подобную невероятную щепетильность в каждом слове и жесте, пошёл бы на подлость в отношении близких людей.

Истоки такого благоволения не афишировались, поэтому все версии лежали в области предположений. Родственнику Айнур самым вероятным и логичным казалось спасение юного наследника молодым менталистом, вроде как благодаря ему сорвалось покушение, и девушки легко с этим согласились.

Империя существовала в целом благополучно, но не без внутренних проблем. Всегда есть споры и противоречия, всегда есть те, кому не живётся спокойно, хочется больше власти и денег, кто чувствует себя несправедливо обиженным. Движения «за национальное освобождение» существовали во всех уголках, в каждом народе находились те, кто считал, что в одиночестве им будет лучше и только на них держится вся империя. Хватало и тех, кто хотел бы подвинуть правящую династию и устроиться на троне самостоятельно. Так что, несмотря на мирную жизнь, работы и у императорской гвардии, и у других охранных служб хватало.

Искать подробности того давнего дела, конечно, никто не стал. Едва ли через столько лет кто-то решил отомстить ментальному магу, да ещё так мелко.

— Странно, как его отпустили? — задумчиво проговорила Веля. — Я ничего против императора не имею, и вообще он мудр, велик и добр, но не настолько же!

— Может, с надеждой, что Цитрин отдохнёт и вернётся? Это был бы самый лучший вариант, — предположила Исса. Тому, как неприятно ёкнуло внутри от подобной перспективы, змея уже не удивилась.

— А может, его к этому и толкают? — подхватила кентаврида. — Ну не император, конечно, для него странный поступок, но кто-нибудь, кто очень хочет, чтобы он вернулся. Или не хочет, чтобы был здесь…

— В любом случае на этот вопрос тоже сможет ответить один только Цитрин, — вздохнула Велица. — Давайте уже заканчивать с этим, я хотела домашкой по математике заняться.

Айнур кривилась и ворчала, что лучше уж менталист, чем математика, но отговорить Велю от учёбы — неблагодарное дело, да и змея поддержала сирин. Она тоже предпочитала сдавать задания своевременно, а не откладывать на последний день.

За пределами их уютной комнаты Иссе было не по себе. Каким-то чудом новость о том, что она присутствовала при срыве Цитрина, не вышла за пределы небольшого круга посвящённых, несмотря на то, что видели и её с инспектором, и спешащего ментального мага в компании с Айнур и Велицей. Да, все активно связывали слух о романе змеи с преподавателем и это событие, но всё оставалось на уровне пустых домыслов Но девушки на всякий случай заранее согласовали, что врать: встретился им инспектор, заблудился, Исса пошла провожать к куратору, а подруги поспешили за менталистом, которого он и разыскивал. К счастью, никто из любопытствующих не догадался задаться вопросом, почему не отвели гостя сразу к тому в кабинет.