Книга Ищейка, страница 164 – Дарья Кузнецова

— Здравствуй, Реи, — улыбнулся я вошедшей княжне. Точнее, не вошедшей, а, скорее, впорхнувшей, как обычно. Защита моего дома давным-давно её знала, поэтому пропускала без всяких вопросов; хотя порой на подругу находили приступы вежливости, и она предпочитала сначала звонить в дверь. — Рад видеть тебя в обычном настроении.

— Да, я тоже несказанно рада видеть тебя среди живых, — ехидно отозвалась она и, поджав ногу, плюхнулась на стул. Я тем временем всё-таки закончил просушку волос Марены и обнял её за талию, прижимая к себе и лишая возможности под шумок перебраться на ближайший стул. Девушка тяжело вздохнула и расслабленно откинулась мне на плечо, видимо, решив, что в данном случае сопротивление бесполезно. Наконец-то догадалась. — Вот скажи, почему, как только я собираюсь забежать к тебе на работу, мне сообщают, что ты едва не умер и сейчас отлёживаешься дома?

— Наверное, надо чаще забегать ко мне на работу, — я пожал плечами, бессовестно расходуя магию на телекинез, с помощью которого разливал готовый уже цаг в кружки. Телекинез тоже давался на удивление легко. — Тебе Гор уже рассказал, что с ним стряслось?

— Рассказал, рассказал, — фыркнула она. — Чем ещё больше утвердил меня в одной давно вертевшейся мысли. Основное развлечение мужчин в этом мире — влезать в самые большие неприятности, какие только начинают происходить в пределах досягаемости, а наша нелёгкая женская доля — их оттуда вытаскивать, — на этом месте Реи заговорщически подмигнула хихикнувшей в кулачок художнице.

— Тогда уж не всех мужчин, а лучших представителей, — ехидно прокомментировал даймон.

— Та-ак… — протянула подруга, подозрительно щурясь на меня. — А скажи-ка ты мне, друг любезный, во что превратился ты?

— Я? — праведно возмутился оскорблённый я. — Ни во что!

— Пока, — насмешливо добавила художница. Не ответить на столь подлое предательство было попросту нельзя; так что я принялся, пользуясь удобным положением, щекотать рыжую. Вернее, я только попытался начать. Взвизгнув, Марена всплеснула руками, напрочь забыв, что в руке зажата кружка с горячим цагом.

Всё дальнейшее произошло будто само собой. Короткий шаг в сторону вместе с удерживаемой одной рукой в подвешенном положении художницей. Вторая рука легко подхватывает падающий предмет, а магический посыл — разлившуюся часть жидкости. Ещё мгновение, и цаг послушно собирается в шарик и аккуратно возвращается на законное место.

Немая сцена. Все присутствующие, включая меня, в полном шоке смотрят на скромно молчащую и явно смущённую таким вниманием кружку.

— И где ты этому научился? — кашлянув, первым нарушил молчание огненный наш. Тоном «ой, что я сейчас с кем-то сделаю!».

— Не поверишь, — растерянно отозвался я, поспешно вручая кружку опешившей Марене. — Я не учился, оно как-то само. С другой стороны, делать Гончих в рукопашной меня тоже никто не учил, — с сомнением пробурчал я уже себе под нос. Услышали. Пришлось рассказывать подробнее, в красках и почти в лицах, сдав ещё и имена свидетелей.

— Знаешь, — хмыкнула Реи, задумчиво косясь на меня. — Я не знаю, что с тобой происходит, но, на мой взгляд, не совсем то же самое, что с Гором.

— Да, у меня тоже реакция не улучшилась, — задумчиво хмыкнул даймон.

— А зачем тогда, по-вашему, этот сфинкс именно ко мне приходил со своими рассказами? — возмутился я. Пришлось ещё и эту историю пересказывать. Я уже скоро запутаюсь, кто что знает и кто о чём не в курсе! — Кстати! Рико, драконы драконами, но ты не забыл, что на нас с тобой висит одно не безынтересное дельце?