Книга Божественный яд, страница 89 – Дарья Кузнецова

Аргументы принца ему понравились, и само это предложение — тоже. Ему действительно стоило уже привыкать к обществу современных людей, и это был отличный вариант, а Идана… Сулус давал именно то, что требовалось нужно: время и возможность спокойно всё обдумать.

— Ему придётся, — твёрдо ответил принц. — Пусть докажет, что умеет держать себя в руках. Его одержимость уже всерьёз меня беспокоит, несмотря на заверения лекарей, что с ним всё в порядке. Не представляю, что с ним происходит! Надеюсь, сегодня Эрма всё же согласится выйти за него замуж, и это хоть немного его успокоит.

Муки старят красавиц. Избавь от беды

Ту, чьи веки прозрачны, а губы тверды.

Будь с любимой нежней: красота ускользает,

На лице оставляя страданий следы.

Омар Хайям

Идана поначалу ворчала и совсем не хотела тратить вечер на танцы и развлечения, но Грета очень быстро заразила её своим воодушевлением и любопытством. Всё-таки крыло никуда не денется, а когда еще появится возможность взглянуть на Владыку! Тем более в столь непринуждённой обстановке, ведь ужин планировался неофициальный и почти камерный: правитель должен был прибыть с совсем небольшой свитой, и на ужине едва ли набралось бы больше полусотни человек.

Тем более вскоре после завтрака Мариика увела всю свою небольшую свиту в банный комплекс, которым обычно не пользовались, но сейчас ради гостий открыли, и там думать о делах стало совсем уж неуместно. Илааты знали толк в удовольствиях для тела, а для принцессы привезли лучших мастериц. Массаж, благовонные притирания, тёплый минеральный бассейн, термы с влажным ароматным паром…

Идана первый раз оказалась в общественных купальнях и поначалу жутко смущалась своей ноги, кутаясь в тонкую белую простыню не столько сверху, где стыдиться ей было нечего, а внизу. Но проблема решилась довольно быстро и неожиданно, за что стоило благодарить принцессу. Конечно, Мариика заметила неловкость, но отреагировала на неё не так, как требовали привычные правила. Не сделала вид, что всё нормально, а прямо обратилась с просьбой показать и рассказать.

В первый момент Идана готова была провалиться сквозь землю от стыда, но конечно не смогла отказать принцессе. А вскоре, вместо насмешек и притворного сочувствия увидев только искреннее живейшее любопытство, успокоилась, сумела расслабиться и отвлечься.

А там и вовсе стало не до ноги. Разнеженные и довольные девушки болтали о простых, но милых сердцу вещах — драгоценностях, нарядах и мужчинах. Лииса, отчаянно смущаясь и столь же отчаянно гордясь своей смелостью и откровенностью, поделилась с обществом информацией о том, что илааткам в подобных местах часто прислуживают не женщины, а мужчины, и это для воспитанных в других традициях гостий сделали исключение. Мысль вызвала сильное оживление, девушки краснели куда сильнее, чем прежде от одного только пара, но строили предположения и фантазировали.

Идана смущённо хихикала вместе со всеми, ещё больше теряясь оттого, что в роли красивого полуобнажённого массажиста ей представлялся только один и совершенно определённый мужчина с изумительно чуткими и сильными пальцами, который наверняка умел доставить женщине удовольствие. И её в этот момент несказанно радовало, что почти все присутствующие, кроме принцессы и привычно отрешённой Одилы, не участвовавшей в обсуждениях, выглядели одинаково сконфуженными и на саму Иду никто не обращал внимания и уж тем более не мог бы узнать, о чём она думает.