Книга Теория механизмов и души, страница 11 – Дарья Кузнецова

У меня не было ни музыкального слуха, ни красивого голоса, но бережно относиться к чужим талантам это никогда не мешало. Как многие люди, совершенно не одарённые в общепризнанных отраслях искусства, я искренне восхищалась теми, кто умел "сделать красиво". Музыканты, художники, писатели; а таким как я оставалось только восторженно ахать, наслаждаясь плодами их трудов.

Свою работу я тоже считала творческой, а её успешный результат -- красивым, но это была другая красота. Точная, лаконичная, просчитанная математически. Эта красота есть в равномерном вращении Мирового Диска, в выверенном пути светил Светлой стороны, в медленном движении Парящих островов, в работе огромных горнодобывающих машин и плавильных печей. Красота разума, а не души. Она может сподвигнуть на свершения, но вряд ли поможет стать человечней.

Может, я потому и умудрилась вляпаться в Чина, что неосознанно пыталась стать ближе к далёкому и прекрасному как детская сказка миру искусства? Совсем не подумав, что обитание в том мире не гарантирует ни высокодуховности "соседей", ни счастья.

Когда мысли попытались в очередной раз свернуть в знакомую колею жалости к самой себе и обиды на окружающий мир, я попыталась отогнать их зверской недовольной гримасой и сделанной погромче музыкой. Бравурно-торжественной, даже почти грозной, -- само то в нынешнем настроении! И решительно уселась на удобный крутящийся стул у старого надёжного стола с отполированной локтями до блеска столешницей, на котором меня дожидался изящный плоский деревянный ящичек локоть на локоть размером.

Расстелила перед собой чистую белую бархатистую ткань, вооружилась парой идеально чистых деревянных пинцетов с точно такими же бархатистыми мягкими насадками на концах и аккуратно открыла шкатулку.

Там, в мягких уютных чёрных "гнёздах", сидели четыре дюжины крупных гранёных голубоватых кристаллов памяти, "искр" -- огромной ценности и одного из главных двигателей нашего технического прогресса. Эти камни содержали "разум" машинатов, наборы простейших на человеческий взгляд последовательностей действий, позволявших этим сложным автоматам заменять людей там, где это было удобно и зачастую необходимо: на простых, монотонных и тяжёлых работах.

Кристаллы памяти изготавливают на Светлой стороне, и способ их создания держится в строжайшем секрете. Примерно как у нас -- секрет заводных механизмов, позволявших машинатам работать очень долгое время, одного оборота ключа хватало на полчаса работы. Вот такие "сырые", новенькие искры содержали в себе необходимый базис: хождение, управление руками и ногами, команды сесть-встать, спуск и подъём по лестнице, подъём и ношение разных предметов. В общем, тот набор движений, которыми человек овладевает в течение первых циклов жизни.

Потом, когда станет ясен профиль работы того или иного машината, приглашённый специалист из свелов привезёт чёрный ящичек прибора, именуемого "программатором", и добавит каждой искре "индивидуальности". А многим ничего добавлять и не придётся, для некоторых работ вполне достаточно было основного набора действий. Главное, чтобы машинат распознавал команды на обоих языках (на тенском и свелском), потому что было неизвестно, куда он попадёт после продажи: примерно половина этих сложных механизмов отправлялась на Светлую сторону.