Книга Теория механизмов и души, страница 196 – Дарья Кузнецова

— Разрешите, -- спутник аккуратно прихватил меня за локоть и слегка потянул назад: дверь открывалась наружу.

Я уже даже не пыталась гадать, что увижу внутри, и правильно делала. Просторная комната меньше всего походила на тюрьму или пыточную, она явно представляла собой чьё-то постоянное жильё. Сложно объяснить, в чём это выражалось, но давнее и постоянное присутствие обитателя ощущалось. Секретер, пара закрытых шкафов, в дальнем от входа конце -- кровать, а ближе ко входу -- окружённый креслами и парой кушеток стол. Каменный пол застилали толстые мягкие ковры, отделка стен состояла из резных декоративных панелей. Окон было восемь, так что светило заглядывало сюда целый день. Впрочем, сегодня небо затягивали облака, так что никакого дискомфорта не ощущалось.

Но обстановка это мелочи в сравнении с рассевшимися в креслах людьми. Из нашей банды отсутствовал только Крида -- но это понятно, он наверняка не успел добраться до гостиницы и попасть под облаву, -- и Мух, вместо которого обнаружился худощавый светловолосый юноша, отдалённо похожий на владельца "Искры разума".

— А где Миришир? -- встревоженно уточнила я.

— Отдыхает, -- криво усмехнувшись, ответил Тринда и кивнул в сторону кровати.

— Ваш сородич показал уж очень много прыти, -- с иронией пояснил Трода. -- Пришлось его вырубить, чтобы никого не убил и сам не покалечился. Не волнуйтесь, скоро очнётся, это всего лишь снотворное, -- добавил он, когда я не поверила и всё-таки дошла до постели, чтобы взглянуть на ту Трума. Тот действительно сладко спал, даже чему-то улыбался во сне.

— Какой поразительный гуманизм! -- ворчливо откликнулась я, отходя от постели друга и присоединяясь к остальным, чтобы внимательно разглядеть товарищей. Побитыми или хотя бы мрачными они не выглядели, скорее -- сосредоточенными и задумчивыми. Так что, надо надеяться, наше положение не столь удручающее, как мне казалось час назад. Но даже несмотря на эту мысль, удержаться от колкостей я не сумела: слишком нервничала, чтобы говорить спокойно. -- Даже боюсь предположить, зачем бы он мог понадобиться вам живым? Вместе с нами всеми.

— Фириш, ну в самом деле, это уже не смешно, -- укорил меня конвоир, уже занявший одно из пустых кресел.

— Да это с самого начала было не смешно! -- огрызнулась я.

— Рид, боюсь, у госпожи ту Фрем есть некоторый повод для подобной риторики. Похоже, в нашем разговоре я несколько перестарался с достоверностью, поэтому должен принести свои извинения.

Я сначала собралась ответить очередной порцией язвительных замечаний, но тут осознала смысл сказанного и только растерянно пробормотала:

— Неожиданно...

— И всё же. Видите ли, сейчас сложилась чрезвычайно нервная и напряжённая обстановка, и в её свете ваше появление, да ещё с таким заявлением, сложно было посчитать чем-то, кроме провокации или попытки меня от чего-то отвлечь.

— Даже если так, обязательно было угрожать? -- уточнила я и села в ближайшее кресло.

Голос по-прежнему звучал раздражённо, но я с самого начала сердилась не столько на Троду, сколько на себя, свою самонадеянность и наивность. Да, кажется, Алес оказался в итоге на нашей стороне, и нам снова повезло, но раздражения это не умаляло. Слишком доходчиво он продемонстрировал альтернативный вариант развития ситуации. Очень неприятный вариант.