Книга Эпилог к концу света, страница 70 – Дарья Кузнецова

— Да при чём тут это?! – возмутился он. – Ты настолько скучаешь по дому, что желаешь умереть?!

— Вот ещё! Я очень люблю жизнь,и мне тут пока не настолько надоело.

— Но тогда зачем?!

— А зачем ты сам лазил по этим коридорам? - уточнила я, чувствуя, что повторение одного и того же вопроса начинает злить и меня.

Сейчас опять поругаемся...

— С чего ты взяла? – нехотя, даже как будто со смущением, спросил Чингар.

— Ой, было так сложно догадаться! – с притворным восхищением всплеснула я руками. – А как бы ты столь уверенно ориентировался в этом месте, если бы никогда тут не бывал? Хотя, можешь не рассказывать, и так знаю. Ты лазал сюда ребёнком, из любопытства или на спор, наткнулся на тайюн, едва унёс ноги и после того не совался. И с тех пор уверен, что тут нечего делать.

— Но ты не ребёнок!

— Мне захотелось,и я пошла, - резко ответила ему. - Микар просил помочь с проблемой тайюн, мне это интересно. А отчитываться за свои методы и решения я ни перед кем не намерена, особенно перед тобой.

— Почему «особенно»? - тон вождя заметно похолодел.

— Потому что ты особенно настойчиво ко мне лезешь. Микар вроде бы назвался отцом, но даже он не пытается контролировать мои поступки. Очень мудрый инчир. Наверное, поэтому он и старейшина. Понимает, что я уже большая девочка, чтобы отвечать за свои поступки.

— Попусту рисковать жизнью? Это ты называешь ответственностью?

— Да далась тебе моя жизнь! – я раздражённо всплеснула руками. – Она моя, выруби это себе во льду!

Он коротко зыркнул на меня, но продолжать разговор не стал, только буркнул себе под нос привычное «шайса!».

— Кстати, – опомнилась я, заодно меняя тему. - Что такое «чиим», которым ты меня называл?

— Не важно, – огрызнулся он.

— Хорошо, у Микара спрошу, - я невозмутимо пожала плечами.

Несколько мгновений Чингар молчал, потом всё же соизволил ответить:

— Это птица. Маленькая. Певчая.

— Угу. Кар-р! – угрюмо заметила я.

На этом разговор прервался, и весь дальнейший путь мы проделали в тягостном, напряжённом молчании. Благо он получился чуть быстрее пpямогo: Чингар знал короткую дорогу. Относительно короткую, потому что через город всё рaвно пришлось идти, но пару часов мы точно сэкономили, свернув на другой мост, который обнаружился возле устья ущелья. Там река вырывалась из каменных стен и наполняла собой озеро, которое, в свою очередь, сообщалось с бухтой. Вот над этим узким перешейком и изгибалась низкая дуга моста

Вид тут тоже открывался эффектный,и я на несколько минут задержалась у широких каменных перил. Мост не вызывал того же трепета, что и центральный, – был пологим, широким и основательным, словно бы вырубленным из скалы. Я без труда могла представить такой где-нибудь в Семилесье, построенный руками иналей.

С моста я полюбовалась на статую, размеры которой именно тут, у подножия, особенно впечатляли – голова Небесной Девы терялась в дымке. Кутаясь в плащ, понаблюдала за танцем струй водопада и клубами водяной взвеси. Задрав голову, проводила взглядом бегущие облака – небо стало заметно выше, чем вчера, и сквозь серовато-белые клочья уверенно проглядывала синь.

Присутствие вождя раздражало, особенно его угрюмое обиженное молчание. Отчаянно хотелось сделать ему какую-нибудь гадость просто назло,из общей вредности. Однако в этот раз Чингар проявил завидное терпение, ждал молча и не торопил. Кажется, в его картину мира вполне укладывалось любование природой,и оно было достойным занятием для женщины.