Книга Щепотка пороха на горсть земли, страница 62 – Дарья Кузнецова

Набель молча кивнула и пошла к уже проверенному источнику, а Дмитрий закинул на плечо седло и подобрал потник. Конечно, седлать он начал с Граната, кто бы сомневался.

После отдыха особенно сильно не хотелось никуда ехать, тем более — выбираться из уютной и почти прохладной тени обратно под палящее солнце, но еще меньше хотелось застрять в горах на ночь. Они, конечно, не безоружные пастухи и упырей не убоятся, отстреляются. Но то упырей. Анне ли не знать, что упыри — не самое страшное, что можно встретить на этих землях?

Буквально в нескольких шагах от водопада жара навалилась еще тяжелее и гуще, чем казалось до остановки, а уж когда они выбрались на открытое пространство — так и вовсе словно в жарко натопленной бане оказались, только сухой.

Разговаривать совсем не тянуло, да и окружающий мир примолк. Звенели кузнечики в траве, но птиц в небе почти не было, и в ветвях они поутихли. Лениво брел даже бойкий Гранат, а Зорька и вовсе предпочла бы остановиться, но спасало наличие лидера.

Дорога плелась по склонам невысоких гор, закрывавших небо на востоке, а когда они расступились и открыли горизонт, Анна, бросив туда взгляд, тихо ругнулась и подбодрила коня: дымка у горизонта сгустилась и уплотнилась, потемнела и стала выглядеть вовсе не так безобидно, как несколько часов назад.

— Ийнгджи был прав, гроза идет. А если вспомнить, сколько жара стояла, то и вовсе буря с градом. Самое большее через час будет тут.

— Попытаемся ускориться или ищем укрытие? — прагматично уточнил Дмитрий, тоже обернувшись на восток.

— Поехали, — Анна качнула головой. — Лучше немного промокнуть под первыми каплями, чем на всю ночь где-то застрять.

Лошади не очень-то радовались принятому решению, но Гранат все же ускорил шаг, и наемная кобыла нехотя затопала быстрее. Порой Анна поднимала жеребца в размашистую рысь, когда дорога была наиболее ровной, но щадила его и делала это ненадолго. Зорьке только и оставалось, что тяжело вздыхать и дробно трюхать следом, вызывая недовольные гримасы Косорукова: рысь у кобылы была такой же нескладной, как она сама.

Что до дождя они не успеют, стало очевидно вскоре. Впереди оставалась изрядная часть пути, когда из-под надвигающихся туч дохнуло первым ветром — горячим, пыльным, пока еще не приносящим облегчения. Небо с востока заливала густая свинцовая хмарь, настолько плотная и непроглядная, что казалась не обыкновенной, пусть и сильной грозой, а чем-то сверхъестественным, зловеще-мистическим, и частые яркие вспышки молний под брюхом тяжелых туч лишь усугубляли впечатление. Дмитрию во время службы доводилось видеть очень грозные штормы, но то ли они поблекли в памяти от времени, то ли сказывались странности этой местности и впечатления от нее, но он то и дело порывался обернуться и хмурился, с подозрением разглядывая мрачное небо. Внутри крепло неопределенно-дурное предчувствие, хотелось лишний раз перекреститься и пришпорить вялую Зорьку.

Несмотря на долгое ожидание, гроза все равно разразилась вдруг. Солнце скрылось за накатившей свинцовой волной, сразу стемнело. Резко поднялся ветер, взметнул лошадиные гривы и непременно лишил бы всадников головных уборов, но Анна заблаговременно убрала свою забавную шапочку в сумку, а Дмитрий — затянул шнурок под подбородком, не позволявший шляпе слететь. Хотя она честно попыталась.