Книга Холодная, хрупкая, нежная, страница 47 – Дарья Кузнецова

Пока добрались до комнаты, я сумела достаточно взять себя в руки, и теперь страх сменился жгучим чувством стыда и неловкости,так что последнюю часть пути я пыталась сочинить, как именно буду извиняться – и перед Миродаром,и перед Дарёной, и, конечно, перед Витой, которая наверняка испугалась не только оборотней, но еще и за меня потом.

В комнате Подпалый аккуратно опустил меня на стул, и я даже успела своевременно разжать руки, что бы не усугублять неловкость. И открыла глаза, хотя так и не сумела поднять взгляд на мужчину.

–Насколько я вижу, вам уже легче? - спокойно, без иронии спросил Миродар,и я слабо кивнула.

–Да, благодарю… – Но выдать заготовленные извинения не успела, потому что волк тут же обратился к оборотнице:

–Дарён, можешь принести девушкам что-нибудь для успокоения?

–Да, конечно. Сейчас мохву заварю и сладенького чего- нибудь прихвачу. – Она спешно вышла, так что на вопрос опустившейся в соседнее кресло Виты, что это за мохва, отвечать пришлось Миродару.

–Напиток вроде травяного чая. Травы на Жемчужине нет, зато мхи растут самые разные. Коль уж вам полегчало, может, объясните, что именно произошло? И почему?

–Для начала я должна извиниться, – поспешила ответить, пока не высказалась более откровенная и несдержанная Вита. Заставила себя выпрямиться, поднять взгляд на собеседника. Миродар стоял у входа, спиной привалившись к стене и скрестив на груди руки. Смотрел испытующе, с интересом и без осуждения, и это приободрило. - Я не хотела никого обременять и постараюсь впредь лучше себя контролировать…

–Вам не за что извиняться, – возразил, нахмурившись, мужчина. – Может быть, у вас принято иначе, но здесь вина лежит скорее на нас, потому что мы это допустили. И впредь не вам надо... совершенствовать самоконтроль, а нам оберегать вас от подобного. Поэтому я повторяю свой вопрос: что именно вaс напугало?

Я беспомощно оглянулась на Виту, но та ответила мне не менее потерянным взглядом. Всё верно, она ведь не знает, что можно говорить, а что – нет, что бы случайно не проболтаться о важном.

–Я живу очень уединённо, мой круг общения невелик и почти не меняется. Не менялся… Поэтому мне сложно спокойно реагировать на пoявление рядом и прикосновения посторонних. Εсли подобное происходит, как сейчас, неожиданно, это... пугает, - призналась нехотя, опять опустив взгляд. – Обычно не столь сильно, но тут…

–Наложилось на то, что оборотней вы в принципе боитесь? – прямо спросил мужчина, когда я замешкалась с продолжением.

–Да, – коротко кивнула, с трудом борясь с новой волной стыда.

Тяжело и унизительно сознаваться в своих слабостях, особенно – посторонним. Особенно мне, у которой их и так слишком много. Но – Миродар действительно имел право знать, и , если для него знание важнее извинений – его право. В конце концов, может быть, он прав и с его помощью удастся избежать новых столкновений.

–Но на корабле вы держались более чем достойно, даже при появлении наёмников,и моей руки коснулись, – мужчина удивлённо вскинул брови.

–Наёмники не возникали внезапно за спиной. И вы не хватали меня за руку, а вежливо предложили ладонь, это совсем другое, - пояснила я очевидное.

–Понятно. Α почему вы не смогли покинуть корабль?

–Это не имеет значения, – процедила я. - Мы же не собираемся никуда лететь в ближайшем будущем?