Книга У удачи два лица, страница 26 – Дарья Кузнецова

Её наставник, увлекшись любимым делом, расслабился, совершенно успокоился и снова начал проявлять качества отличного учителя — был спокоен, терпелив и сдержан. Даже не верилось, что вот этот невозмутимый тип только что на кого-то зло рычал и едва удерживался от рукоприкладства.

Рассмотрела я и Азура с другого ракурса, и снова залюбовалась. Мужчину сложно было назвать красивым, но вот эффектным — более чем. Помимо красивого тела, привлекало внимание и его лицо: выразительный нос с широкой переносицей, почти прямые брови вразлёт, резкий квадратный подбородок, чётко очерченные скулы, — вместе эти не самые привлекательные черты складывались в очень яркую и запоминающуюся картинку.

Пациент поначалу очень напряжённо наблюдал за действиями своих целителей, но постепенно успокоился и расслабился, поверив, что без руки не останется. И начал с интересом глядеть по сторонам, причём особенно — в мою сторону. Потом всё-таки не выдержал и заговорил.

— А ты, стало быть, тот самый вчерашний дракон, о котором все говорят?

— Наверное, — я со смешком пожала плечами, не имея ничего против беседы. — Вряд ли нас таких несколько. И что говорят?

— Всякое. Интересно же, откуда ты взялась, — улыбнулся он. Эдак насмешливо, с ленцой. Располагающей я бы эту улыбку не назвала, но что-то в ней было… притягательное, хищное. Ужасно обаятельный тип! — В основном, конечно, восхищение, особенно со стороны крылатых, которые могут восхищаться аргументированно. Но это на самом деле было очень красиво. Покатаешь? — заговорщически подмигнул он.

— Ай-ай-ай, как не стыдно — пытаться сесть на шею молодой хрупкой девушке, — захихикала я. — Настоящие мужчины сами должны девушек катать! — уже откровенно кокетничая, сообщила назидательным тоном.

— Да ты только намекни! — довольно сверкнув глазами, ухмыльнулся мужчина, а в следующий момент дёрнулся и, скривившись, зашипел от боли.

— А вот нечего болтовнёй отвлекать целителя, — иронично хмыкнул Кай.

— Извини, — виновато пробормотала Рассвета. — Я нечаянно.

— Не извиняйся ты перед ним. Тоже мне, герой-любовник; только что страдал-помирал, любовь у него на всю голову, а через минуту уже хвост распушил. Одно слово — кошки! — продолжил насмешничать он. — Поделом. Помолчи уж, пока тебя подлатают, потом к девушкам приставать будешь. А ты, Рась, пожалуйста, больше внимания процессу, меньше — окружающей среде. Мало ли, в каких условиях придётся работать!

— Угу. Ты знаешь, мне показалось, она сама дёрнулась! Они разве так умеют? — с сомнением проговорила девушка.

— Не показалось, они и не такое умеют, — со смешком подтвердил Кай. — Поэтому все серьёзные вмешательства выполняются только на спящем пациенте: у такого нити стабильны. А здесь изменилось настроение, психологическое состояние, да хотя бы кровяное давление, — и нити переместились. Можно было бы Азура усыпить, но так нагляднее.

— Нагляднее у них, — проворчал пациент. — Садист! На живом человеке эксперименты… Ай, волчья кровь, больно же! Рассвета!

— Это уже я, — невозмутимо отозвался плетущий. — Тебе сказано было, помолчи.

Азур раздражённо зыркнул на своего мучителя, но действительно замолчал, растеряв заодно всё игривое настроение, и даже прикрыл глаза.

А я, лишившись собеседника, задумалась над разговором, или даже скорее — скандалом, состоявшимся между мужчинами несколько минут назад. Конечно, всё это не было предназначено для чужих ушей, но раз так сложилось…