Книга У удачи два лица, страница 7 – Дарья Кузнецова

— С демонстрацией мы, пожалуй, повременим, — медленно качнул головой Кай.

— Лично этих кретинов побью, чтобы не подбирали всё подряд, — проворчал Ивар. — Давай я принесу кандалы?!

— Ивар, это паранойя.

— Это здравый смысл! Которого ты лишён напрочь! Безопасность стаи — моя работа, и давай ты не будешь мешать мне её выполнять?!

— А давай ты не будешь мешать мне выполнять мою работу, ладно? — резко возразил худощавый, метнув на своего товарища раздражённый взгляд. — С оковами, как и с демонстрацией, мы повременим. Ивар, ну, в самом деле, я понимаю, что неизвестность пугает и по умолчанию опасна. Но, я думаю, не в этом случае. Посмотри на ситуацию с другой стороны: драконы могут оказаться тем благословением духов, которого мы так ждали.

— Это вряд ли, — буркнула я себе под нос. И тут же поспешила пояснить в ответ на взгляды мужчин. — Верховному плевать на мир за пределами Тарккура. Всем остальным тоже плевать на мир за пределами Тарккура, всех всё устраивает.

— А тебя — нет? — полуутвердительно протянул Кай.

— Я об этом никогда не задумывалась, — я пожала плечами. — Тура не устраивало; наверное, поэтому его и убили, — не удержалась я от грустного вздоха.

— А Тур — это…?

— Тур… То есть, конечно, Тианур. Тианур Айлар Золотой, мой муж. Был, — добавила я.

— А ты говоришь — ребёнок! — насмешливо хмыкнул Ивар. — Вот и верь после этого сказкам.

— В какой их части? — уточнил Кай.

— В сказках драконы уходят за любимыми, не вынося разлуки, — здоровяк пожал плечами. — А эта девочка явно очень хотела жить.

— За любимыми же, — возмущённо фыркнула я. — А это был обыкновенный брак по расчёту: родители посчитали его достойной партией, а он — меня. Но вас это в любом случае не касается! — раздражённо огрызнулась я. Вполне бодрое и почти радужное по пробуждении настроение оказалось совершенно испорчено, и больше всего сейчас мне хотелось не отвечать на глупые вопросы, а ещё некоторое время побыть одной. Чтобы подумать, вспомнить и проводить души ушедших. Рядом со мной нет их тел, но отдать последнюю дань мужчинам больше было некому: я хотя бы видела и знала, как они ушли. Не только Туру, но и четырём не виноватым ни в чём, кроме своей должности и чести, ребятам из охраны.

Тур для меня не был тем, что называют «драконьей любовью», но за время нашего брака стал мне очень дорог.

Я всегда знала, что мужа мне подберут родители. Это была старая, безоговорочно соблюдаемая традиция, и я никогда не видела смысла бороться против неё. Зачем? Родители меня любили, они заботились обо мне и дали мне всё, что могли; какое право у меня было не доверять их выбору! И такой подход в конце концов оправдался: Тур оказался очень хорошим. Честным, благородным, великодушным и справедливым, как все золотые. Он был намного старше меня, но это не помешало ему стать мне близким другом, по-настоящему родным существом. В его отношении не было снисходительной покровительственности старшего, зато был интерес, бережная забота, нежность и даже уважение. Наверное, мы даже любили друг друга, или полюбили бы со временем. Да, это не была та любовь, за которую можно было бы умереть, но та, которая помогает жить — вполне.

— Да, извини, — поморщился худощавый. — Ещё один вопрос. Кто такие мастера зеркал и почему вы никогда не врёте?