Книга Убежище Ксинори, страница 118 – Хамки

— Это – Светоч?! – оторопел Макс. Хамки же говорил про «похожи на людей».

— Не совсем, – поправил хомяк. – Это их биологический дрон-разведчик-манипулятор. В течение миллиардов лет они распространялись по Вселенной, являлись во снах представителям тех рас, что уже были поражены геном светочей или только планировались к ассимиляции. Они влияли на сознание аборигенов, заставляя основывать религиозные культы, чтобы возвести их хозяев на престол этих миров. Чтобы те смогли стать буквально богами в них.

Кстати, если ещё не понял – это осознанный сон, Макс. Мы в твоём сознании. Сегодня ты лишился гена светочей. И едва ты уснул – тебе явилась эта тварь. Это была последняя попытка через тебя добраться до меня. Бесполезная, конечно, но отчаянная… И глупая! Существо не имеет власти над тобой, но оно здесь, на Салангане. И я уже знаю, где именно, – Хамки обернулся к ангелу, и мириады глаз уставились на него. – А раз знаю я – значит, уважаемый глазастик, ты уже на прицеле АПОСТОЛа. Ты и конгломерат пяти планет в системе ZEV-Б3К-790, которые и послали тебя сюда. Тебя и Хэвока. Одно из последних убежищ Светочей, – он недобро улыбнулся. – Так что можешь построить Максу глазки в последний раз, ибо пора отчаливать в небытие!

Рожа Хамки расплылась в ухмылке, а кольца вокруг глаза завращались с бешеной скоростью. На миг голова Макса резко начала болеть, но тут же прекратила. Похоже, существо попыталось прихватить его с собой, но Хамки этому помешал.

— Если готов сдохнуть прямо сейчас – просто моргни! – Хомяк махнул лапой, и ангел, завертевшись как волчок, вдруг бесследно исчез. – Вот и всё, Макс. Один залп – и звездной системы нет. И это твари нет. Ты спи дальше, а я пойду ещё немного поем. Прости, что влез в твой сон, но это для твоего же блага. Да и ты всё равно ничего этого не вспомнишь. Спокойной ночи, Макс!

Парень не успел ответить, как дымка вокруг почернела, и он лишился сознания.

Макс резко открыл глаза, словно не медленно проснулся, а вырвался из объятий кошмарного наваждения. Но у него не было страха или ощущения, что снилось что-то плохое, да и стандартных в таких случаях испарины и выскакивающего из груди сердца тоже не наблюдалось. Возможно, просто реакция на «сонную магию» кровати, которую он сперва недооценил, – творение древних ксинори оказалось не только удобным, но и способным усыпить хозяина по одной мысленной команде.

— Классная штука! – усмехнулся спецназовец. Он задумался – возникло ощущение, что ему срочно требуется поразмыслить о чём-то важном. Или вспомнить что-то… Но на ум ничего не приходило. Странно, но в целом не критично.

Он обернулся – блюдо с едой и стакан сока стояли на столе возле изголовья. Время завтрака!

Пока одевался и ел, Макс успел услышать в голове ворчание Хамки о том, что он капуша, уже все собрались, и саланганец очень хочет представить ему найденное древнее ископаемое.

«И где же он его откопал, интересно мне знать…»

* * *

Когда Макс вошёл в рубку, то сразу обратил внимания, что народу там прибавилось. Кроме привычно сидящих рядком Грисаи, Лики и Эйки, а также бродящего перед ними Хамки, там присутствовала… Финна!

— Доброе утро, Макс! – объявил Хамки, не дав парню и рта раскрыть.

— Всем привет! Финна, рад тебя видеть, – улыбнулся Макс. – Хамки, о каком ископаемом ты говорил? – сказав это, он заметил, что Финна слегка нахмурилась.