Книга Убежище Ксинори, страница 34 – Хамки

— Услышишь, когда я буду излагать план старейшинам, – хмуро ответил спецназовец. – Возможно, это и перестраховка, но думаю, дело того стоит.

— Но что ты вообще хочешь сделать?

— Разобраться с этим «чудищем». И заодно убедить твоих собратьев, что сам я не представляю угрозы ни для кого из жителей деревни.

— Макс, но ведь это теперь, наверное, всем очевидно! – искренне изумилась Тиара. Сама наивность!

— Да ладно! – вспылил Макс. – Всего несколько часов назад они пришли по мою душу с вилами, а ты говоришь, что им что-то очевидно?

— Ну… – заикнулась девушка.

— Я почти уверен, что если не смогу разобраться в ситуации, и погибнет ещё хоть кто-то – мне точно лучше удирать отсюда, – вздохнул он. – Тут уж ни твоя бабушка, ни кто-то другой не поможет. Многие жители деревни всё также смотрят на меня с опаской и подозрением. Сейчас обстановка слишком накалена: одно неверное действие – и меня с удовольствием прикончат. Просто потому, что меня обвинить куда легче, чем искать реальную причину бед.

— Нет-нет, Макс! Так не может быть! – принялась выгораживать своих собратьев Тиара. – Все жители нашей деревни очень добрые! Они ни за что так не поступят!

«Да-да, конечно. Только вот проверять это совсем не хочется».

Договорив, Тиара вдруг нахмурилась. Похоже, она и сама задумалась над последней фразой. Пусть она была безмерно доброй и наивной, когда надо было оправдать чьё-то скотское поведение, но глупой её назвать было нельзя – ушастая понимала, что всё не так безоблачно, как ей хотелось, и другие селяне отнюдь не ангелы. Тем более, когда они до смерти напуганы.

Некоторое время они молча побродили по деревне туда-сюда, пока Тиара вдруг резко не свернула к одному из домиков. Внешне он ничем особо не отличался от всех остальных.

— Пойдём, Макс. Нас уже ждут, – коротко сказала она.

— Эм… – Макс так и не понял, как она это определила. Тем более, что по его ощущениям, с момента ухода Ганабиры не прошло ещё и получаса. Но спорить не стал и быстро направился следом.

Едва они вошли в хижину, похожую на все остальные, как капли воды, Тиара прикрыла дверь, и помещение внезапно погрузилось в полумрак.

Здесь не было кроватей, и в целом обстановка немного отличалась от других домиков, которые Макс видел раньше. Пол был застелен большим квадратным ковром чёрного цвета, на котором сидели трое старых кроликов – Ганабира, Долония и очень древний на вид кролик с большим деревянным посохом в руках. Ещё один старик восседал на некоем подобии колченогой лавочки у стены. Посередине стоял низкий круглый столик. А темно в хижине было, потому что окно…

— Ого! – Макс не смог сдержать удивления. Окно было затянуто чуть заметной сеткой. Сперва он подумал, что это защита от насекомых, но сразу отбросил эту мысль – насекомых тут нет. Да и эта штука явно была чем-то иным, более сложным. Словно какая-то сероватая плёнка, отчего вид из окна был сильно затемнён, и в комнату проникало очень мало света.

— Что тебя так удивило, Макс? – нахмурилась Ганабира.

— Э… Я… Здравствуйте, – он на мгновение растерялся, но быстро взял себя в руки и уже спокойно сказал:

— Извините. Просто мне показалось странным ваше окно.

— Оно одно такое в нашей деревне, – сказал один из кроликов. – И вся хижина такая. Благодаря этому нас никто лишний не услышит. Ты ведь хотел поговорить без посторонних ушей, – надо признать, в устах кролика эта фраза приобретала особый колорит. – Меня зовут Вурун, – продолжал пожилой собеседник. – Я старейшина деревни. Ганабира и Долония рассказали о тебе. Мы обсудили твоё появление здесь и твои дела. Не могу сказать, что мы полностью доверяем тебе. Но у нас также нет причин не верить в твои благие намерения. Поэтому мы хотим выслушать твои мысли по поводу случившегося. Если ты сможешь убедить нас в том, что твой план хороший, – мы поступим так, как ты предложишь. Присаживайтесь оба.