Книга Внутри невидимых стен, страница 155 – Хамки

«Неужели Хамки солгал?!» – подумал Макс, но быстро отринул эту идею. Фиолетовый сделал все, что мог, и все, что считал достаточным и правильным. То, что умари в храме не признали его, лишь на их совести.

Повозка скрипнула и остановилась. Макс невольно усмехнулся, вспомнив, что не так давно он уже был связан, и в тот раз не стал обедом для дикарей лишь чудом. В этот раз задача была намного сложнее, но и он находился в куда лучшей форме.

* * *

Из обоза парня весьма бесцеремонно вытащили три незнакомых умари, по одежде похожие на первых встреченных стражниц. Они надрезали лианы, сдерживающие его ноги, но лишь так, чтобы можно было идти мелкими шагами.

Он оказался у ступеней высокого каменного строения, чем-то напоминающего спецназовцу храмы инков с картинок в энциклопедии. Видимо, это и был тот самый Храм умари.

Подгоняемый громкими сердитыми командами, он вошел в темное, освещенное лишь редкими факелами нутро здания. Пройдя через небольшой коридор, попал в огромный зал, заполненный множеством нарядно одетых умари. Здесь он впервые увидел мужчин. Они были более крупными и статными. Вот уж права была Эйка, называя этих существ божественно красивыми.

Пихая в спину, его препроводили к противоположному концу зала, где на небольшом возвышении стоял трон, с которого в этот момент поднялась высокая девушка с фиолетовыми волосами до пояса. Вероятно, Ласса собственной персоной.

— Представься, зелириец! – приказала она.

— Я Макс, Глас Салангана Хамки. Разве Кодринка и Брастейка не сказали тебе об этом в письме?

— Твои слова не могут быть правдой! Я не знаю, сколько кристаллов зири стоила тебе ложь моих солдат, но Саланган Хамки никогда не явился бы зелирийцу и простым рядовым! Будь уверен, они понесут достойное наказание за свое предательство! Я же, как и другие послушницы Храма, посвятили свои жизни служению Хамки! Никто иной не достоин чести встретиться с ним, кроме нас!

Крыть такое упертое самоупоение Максу было нечем. Кроме блефа. Очень наглого блефа.

— Ты – драная кошка и никто больше! – зарычал он. – По какому праву ты решила, что можешь предугадать действия Салангана Хамки? Достойна его? Чем? Тем, что протирала задницу, сидя на этой крашеной лавке, которую, поди, называешь троном?

Ласса в ответ зашипела, чуть наклонив голову вперед, но ничего не сказала. «Что ж, по крайней мере, шокировать ее у меня получилось», – подумал Макс и тут же продолжил:

— Ты – паразит, лишь прикрывающийся именем Хамки! Во славу его трудятся твои подданные, которые не покладая рук работают на благо Теократии. Те одиночки, что живут в горах, лишенные нормальной пищи и сельхозугодий. Им тяжело, они страдают, но все равно славят Салангана Хамки. А ты – лживая лицемерная тварь, не знающая меры ни в чем! Легко воздавать хвалы Салангану, сидя в роскоши в храме. Но была бы ты благодарна ему за все, если бы тебе нечего было есть? Если бы ты была вынуждена рисковать собой, охотясь в землях зелирийцев? Одумайся! Блеск храма ослепил тебя! С трона верховной жрицы не видна жизнь простого народа. Ты веришь мне. Там, глубоко внутри, ты чувствуешь, что я не лгу, и я – Глас Салангана. Но ты боишься. Боишься потерять то, что имеешь. Боишься, что, когда следом за мной явится сам Саланган Хамки, ты станешь не нужна. Но, подобно Салангану Хамки, я добр. И поэтому я даю тебе последний шанс одуматься: если ты примешь меня и преклонишь колени, то я прощу тебя и сохраню твою жизнь!