Книга Внутри невидимых стен, страница 69 – Хамки

— Макс, – окликнула его Лика. – Осталась еще одна нога мисюка, сейчас погрею тебе!

— Накорми Мисси, я не голоден, – отозвался он. – Печенья погрызу.

Немного подумав, он решил уже нормально подсластить этот паршивый денек. Макс встал и сделал несколько шагов к столу, чтобы взять шоколадку, но задел ногой перевернутую банку из-под тушенки. «И кто из девок мусор так разбрасывает? А, пофиг!» – выругался про себя он и от души пнул жестянку в стену ближайшего домика, откуда та срикошетила, прикатившись обратно к нему под ноги.

Зря он это сделал.

— Ты что творишь?! Я чуть не оглох и от неожиданности не умер!!! – ну конечно… Хамки, в лучших традициях фиолетового проглота, уже выжрал содержимое банки и спал, накрывшись ею, как заправский рак-отшельник. Видимо, он сам и вскрыл ее.

— Нехрен спать на дороге, я мог и наступить на тебя, – недовольно сказал Макс. – Ладно, прости, о фиолетовый «не-ем-не-сплю-идеал»!

— Сволочь… – Хамки забрал банку, отнес ее в траву у завалинки одной из хижин и, забравшись внутрь, засопел.

По дороге он пару раз заметно расширил ноздри, видимо, принюхиваясь к оставшемуся в ней аромату тушенки. Говорят: «не делай из еды культа». Это явно не про него – пищевой фетишист, как он есть.

Взяв шоколад, Макс вернулся к костру.

* * *

Вскоре к нему присоединились Мисси и Лика. В руках у обеих были деревянные тарелки с мясом. Вельга подошла к ним спустя несколько минут.

— Ты любуешься огнем, Макс? – улыбнулась Лика. – Он всегда красив… Мы поедим мяса и не будем тебе мешать. Правда, Мисси?

Девочка энергично закивала.

— Большое спасибо, что дали мне еды, господин Макс! – малышка буквально сияла.

— Не за что, – вздохнул он.

Пока девушки ужинали с видимым аппетитом, Макс с трудом сумел затолкать в себя лишь полшоколадки. Не было ни аппетита, ни настроения. Но если Вельга и Лика спокойно ели, то Мисси разрывалась между двух огней – ей заметно хотелось буквально наброситься на мясо и съесть его как можно скорее, но стеснительность или страх невесть чего заставляли ее осторожно откусывать маленькие кусочки и тщательно их пережевывать, не поднимая глаз от миски.

— Мисси, ты всегда жила с отцом в этой деревне? – не оборачиваясь к ней, спросил Макс.

Она испуганно подняла глаза. Сейчас эта девочка была больше похожа на затравленного зверька, чем на ребенка. Макс посмотрел на нее и попытался дружелюбно улыбнуться.

— Да, господин Макс. Мой отец работал обувщиком… ну… иногда работал…

Макс удивленно взглянул на маленькую собеседницу.

— Папа чаще… пил, – сказала Мисси, сжавшись в комочек. – Когда была жива мама, он еще сдерживался, но за последний год совсем забросил работу. Он постепенно распродал почти все, что было у нас дома. Две недели назад он продал за дрова мою кровать, и теперь я сплю на полу, – она вдруг осеклась и, вскинув голову, затараторила: – Но папа все равно заботился обо мне! Их с мамой кровать он продал еще несколько месяцев назад! И папа всегда оставлял мне немного еды! Когда он все-таки собирался и что-нибудь делал, то всегда в первую очередь покупал мне покушать. Я голодала не все время, папа не плохой человек!

Макс понял, что по выражению его лица она догадалась обо всех посетивших его мыслях.

— Правда! Он очень старался ради меня. Он никогда не бил меня!