Книга Внутри невидимых стен, страница 82 – Хамки

— Мы все животные, Макс, – пожал плечами Хамки. – Все живые существа во Вселенной. Саланганцы никак не выделяют себя. У меня «лапы», как и у диких зверей Зелирии. А для себя на Земле вы придумали «руки». «Морды» и «лица». В этом вы все. Пытаетесь отличаться, не отличаясь. Они не пытаются, они – отличаются. Крысиное общество схоже с саланганским, но не с человеческим. Они не убивают своих собратьев без крайне веских причин, всегда стараются помочь друг другу, в целом думают о выживании группы, а не индивида. По сравнению с людьми им чужд эгоизм. Вам есть чему поучиться у них, Макс. Если человеческое общество перестроится и сумеет начать жить подобно крысиному, у вас куда больше шансов спастись, когда кто-то чужой придет в ваш мир. Впрочем, это я тебе уже говорил. Так что, если уж тебе так хочется сравнить меня с земной живностью, пусть это будут крысы, а не хомяки – эти тупые создания по интеллекту едва ли выигрывают у кабачков.

Макс вновь стиснул зубы в порыве злости. Теперь этот фиолетовый указывал ему, как именно того следует оскорблять.

Чертыхнувшись, он поднялся и сел на траве. Огляделся – девушки сидели в разных концах поляны, сжавшись в комочки и едва заметно дергая плечами. Пустые глаза, приоткрытые рты. Максу пришлось буквально вытаскивать их из пещеры – двигаться самостоятельно после пережитого шока и ужаса они были просто неспособны. Случившееся оказало на них более сильное воздействие, чем на него. Потому что им, в отличие от Макса, сполна досталось от «озабоченного кальмара».

Лишь Мисси, напуганная, пыталась что-то сказать Лике, легонько тряся ее за руку, но та буквально в упор не видела ее, дрожащими губами что-то шепча себе под нос.

— Похоже, исправлять вашу глупость придется мне, – вздохнул Хамки, заметив, куда смотрит парень. – Такого психологического удара они не вынесут… Кукушкой поедут. Точнее – уже.

Макс обернулся на Хамки и встретился с ним взглядом – блестящие электричеством глаза… Яркий голубой свет, лившийся словно прямиком ему в разум, заполнил сознание, и… все вокруг исчезло.

* * *

«Крыса! – словно гром раздалось в черной, смоляной пустоте. Макс не видел источник звука, не знал, чьи это слова, не знал, кто он сам и что он такое. Ничто. Просто нечто в бескрайней черноте. Ничто, способное, тем не менее, воспринимать информацию. – Крыса! – повторило, казалось, само первородное бытие. – Я наглая разжиревшая фиолетовая крыса! Но не хомяк!»

Макс с трудом разлепил глаза. Он не мог понять, где он находится и сколько сейчас вообще времени. Мельком оглядевшись и убедившись, что он не связан, а вокруг не происходит ничего подозрительного, он встал на ноги и осмотрелся уже более внимательно.

Но и беглого взгляда парню хватило, чтобы понять – что-то не так. Его рюкзак стоял на траве нераспакованным; он сам, получается, спал без мешка прямо на земле, а девушки, включая Мисси, и сейчас лежали рядком возле него, мирно посапывая.

Спецназовец посмотрел в небо. По положению солнца он определил, что сейчас раннее утро. Но вчера… Он напрягся, но так и не смог вспомнить, что было вчера. Чем кончился вчерашний день? Что они делали вечером? Ему показалось, что они хотели куда-то зайти.

«Куда тут заходить-то», – хмуро подумал он, оглядываясь. Вокруг был ставший уже привычным лесной пейзаж. Трава, деревья, шелест реки неподалеку, небольшой земляной холм, в каменистом склоне которого угадывался недавний оползень, вызванный обрушением части склона.