Книга Беспризорник, страница 135 – Александр Седых, Вячеслав Седых

Олаф поздно заметил чёрное дуло наставленного пистолета и уже не успевал выхватить свой из — за пояса и взвести курок. Однако Василиск заранее извлёк метательные клинки из ножен на запястьях, и два стальных жала промелькнуло в воздухе. Один нож поразил бандита, целившегося в Олафа, второй нож нашёл жертву в замыкающей группе — того бойца, который намеревался всадить пулю в спину Бедолаги. После броска ножей Василиск сделал широкий шаг в сторону, показываясь бандиту, целившемуся в спину Сармата.

Преграждавший путь бандит, которому из — за фигуры Олафа до этого была не видна грудь Василиска, произвёл корректировку и нажал на спусковой курок. Одновременно с подельником выстрелил и бандит, нападавший со спины. Он изменил прицел, резонно посчитав шустрого метателя ножей самым опасным противником.

Василиск знал мысли врагов и точно учитывал быстроту их реакции, а также скорость работы ударного механизма кремнёвых пороховых пистолетов. Чародею даже не пришлось переходить в режим боевого транса, когда движение тела ускоряется до сверхскорости, а течение времени будто замедляется, хватило лишь резкого прыжка, чтобы уйти с линии атаки.

Расчёт Василиска был отлично выверен — пули просвистели мимо его тела и поразили бандитов, находившихся на одной линии с выбранной мишенью. Передний получил пулю в грудь и, рухнув на мостовую, сразу отдал концы, а второй поймал свинец животом и, скорчившись, выронил разряженный пистолет.

Однако четыре трупа оказались ещё не полным комплектом: произведя шаг в сторону и прыжок, Василиск удачно оказался возле занавеси, за которой притаился главарь шайки. Длины выхваченного из ножен клинка катаны вполне хватило, чтобы насквозь проткнуть грудь Шустрилы.

Подавшись телом за медленно вынимаемым клинком, шулер раздвинул головой занавески и сделал шажок вперёд. На бледном вытянутом лице застыла гримаса удивления, пистолет со стуком о камни мостовой выпал из ослабшей руки.

— Как… ты… смог? — с кровавой пеной на губах хрипло выдавил поверженный шулер.

— Ловкость рук, и никакого мошенничества, — до конца извлекая клинок из груди Шустрилы, усмехнулся в ответ Василиск. — Синьор, вы сами отчаялись «Играть на всё» и решили довести партию до конца — опрометчиво, но это был ваш выбор.

Шустрила захрипел и, заливая кровью серую брусчатку, сломанной куклой упал на мостовую.

— Бедолага и Сармат, соберите оружие. Оно нам ещё пригодится, — бесстрастно вытирая клинок катаны о край плаща Шустрилы, распорядился Василиск.

— Да, ребята, и пошустрее, — настороженно озираясь по сторонам и обводя прижавшуюся к лоткам перепуганную публику стволом выхваченного из — за пояса пистолета, предложил Олаф. — Скоро на шум выстрелов прибегут городские стражники. Будет сильно накладно оправдываться перед жадными до взяток судьями.

Сармат и Бедолага завернули собранное оружие в плащ одного из нападавших, не забыв приложить к пистолетам и трофейные клинки. Олаф — оружейник принял груз на плечи и, свернув с прежнего пути, повёл отряд кривыми переулками.

— Э-э, старина, мне кажется, что к порту дорога в обратную сторону, — беспокойно завертел головой Бедолага.

— В том направление сейчас побегут стражники, — вовсе не обладая даром предвидения, но безошибочно предрёк бывалый пират. — А наша дорожка теперь лежит в другую сторону. Отсидимся у моего давнего знакомца. Пока Василий добывал деньги, я у местных вызнал, что старичок ещё коптит этот свет. Думаю, что настоящий мастер — оружейник не откажет брату — оружейнику и его друзьям в приюте. И домик его расположен удачно: на противоположном от порта краю города. Собирался навести дружка завтра с утра, но, видно, придётся заявиться на ночь глядя.