Книга Сумрак веков, страница 32 – Анна Дуплина

— Он просит вас зайти внутрь, — крикнул он, найдя меня взглядом.

Многие верили, что ведьмы не могли входить в церковь, что человеческий бог чувствовал магию внутри нас и карал за это на месте. Только бога не было. Этот, по их мнению, справедливый дядька, которому поклонялись люди по всему миру, как бы они его не называли в своих религиях, просто-напросто не существовал. Некому было нас покарать. Поэтому я кивнула, медленно поднялась на ноги и, подхватив сумки с земли, направилась к дверям церкви.

Внутри пахло пылью, сыростью и запустением. Эта церковь оказалась такой, как иногда чувствовала себя я — старой и слишком уставшей. Деревянные лавки по обе стороны от прохода были пусты, никаких прихожан внутри, только Райан, бестолково мечущийся перед алтарем. Красный вытертый ковер между скамьями словно указывал путь к огромному деревянному кресту, на котором был распят Иисус. Пустое безжизненное помещение, где я ощущала себя еще дальше от людей чем была. Это так удобно — верить в высшие силы, уповать на них, снимая с себя ответственность, верить, что кто-то там уже все решил за тебя, плыть по течению, не управляя своей судьбой. Всегда есть на кого надеяться и кого обвинить в своих неудачах. Позиция, максимально далекая от меня, как впрочем и человеческая жизнь.

Я подошла к Райану, который ходил по проходу.

— Как Лиам? — спросила я.

Парень, растрепав пятерней свои и без того взъерошенные волосы, повернулся ко мне.

— Чад его зашивает.

— Пастор? — удивленно вскинула я брови.

Райан кивнул и, заложив руки за голову, уселся на скамью прямо напротив креста. На вид он казался невредимым, только пара царапин на щеках от осколков стекла и паника в серых глазах.

Я, отвернулись от парня, окинула взглядом церковь, в затем снова посмотрела на Райана.

— Где они?

Парень в отчаянии молча махнул рукой куда-то в сторону алтаря.

— Понятно, — кивнула я и сбросила наши сумки на пол возле скамьи, на которой он сидел.

Закатав рукава свитера, я обогнула крест с распятием Иисусом и подошла к незаметной двери в стене. Из-за нее раздавались приглушенные мужские голоса и негромкое мычание. Я хотела было постучать, но, плюнув на правила приличия, толкнула плечом дверь. В нос тут же ударила смесь запахов: металлический, отдающий на языке железом, запах крови, едкий — спирта и, раздражающе щекочущий ноздри, крепкого табака.

Комната оказалась тесной. Кушетка, стол и небольшой шкаф — вот и все, что в ней поместилось.

Лиам, без рубашки, полулежал на кушетке, а рядом с ним, стоя склонился пастор.

— Чад, твою мать, ты можешь быстрее? — хрипло пробормотал озорник.

— Если я буду торопиться, что шов выйдет кривым.

— Ты забыл, кого зашиваешь? — грубо оборвал его охотник. — Насрать какой будет шов, просто зашей скорее. Выпить есть? — после паузы спросил Лиам.

— Сейчас, — отозвался пастор и обернулся к двери, у которой стояла я.

Заметив меня, Чад на мгновение замер, а затем отошел в сторону, чтобы и Лиам меня увидел.

— Выпить, Чад, — поторопил его охотник, но оборвался на полуслове, заметив, наконец, меня.

Пару секунд Лиам внимательно разглядывал меня.

— Ты не уехала, — задумчиво произнес Лиам спустя время.

— Ты не сдал меня ведьмолову, — отозвалась я.

— И что дальше? — стиснув зубы, спросил охотник.