Книга Адская зона. Сила духа, страница 125 – Вячеслав Седых

Впрочем, Чёрный Батюшка не дал гостям оголодать, он зычным басом потребовал вновь сервировать стол. Бармен испуганным тараканом заметался у стойки. Трапеза, с обильным возлиянием, затянулась до поздней ночи.

Ночевали Файл и Странник в двухэтажном доме Чёрного Батюшки. Каменные хоромы вождя анархистов больше походили на крепость. Мрачное впечатление от казённой обстановки и холодного оружия, развешенного по стенам, сглаживала галерея картин в резных рамах. Чувствовался незаурядный талант живописца— шедевры будто светились красками изнутри. На полотнах, высокие волны бушующего океана разрезали бушприты старинных парусников. Бригантины, расправив паруса — крылья, взлетали на пенные гребни, словно огромные буревестники.

Правда, буйство морской стихии Файл оценил только в свете утренних лучей. Вывалился сонный, на зов хозяина завтракать, и сразу обомлел от живописной красоты. Некоторые работы остались незавершёнными— резали глаз грубыми мазками красок, зато другие— блистали гармонией цвета и изяществом линий.

— Мечтами о море только и живу, — печально вздохнув, обвёл взглядом летящие по волнам кораблики Чёрный Батюшка и поправил золотое распятие, покоящееся на груди моремана, поверх флотской тельняшки. — А вы, охламоны, небось, думали, что анархисты только всё крушить могут?

— Нет, я про анархистов лишь вчера узнал, — улыбнулся Файл и похвалил художника — А море у вас даже красивей настоящего.

— Эх-х, братан, не видал ты настоящего, — укоризненно проворчал бывший джентльмен удачи. — Хотя, придворным профанам моя мазня тоже душу щиплет. — Батюшка почесал за ухом и махнул рукой в дальний угол — Выбирай любую, с того края— продадим Пахану, чтобы на аудиенцию попасть. Есть у меня при дворе знакомый… малый, — Батюшка чему — то усмехнулся, — поможет к Пахану подвести.

— Глупая затея, — уминая дармовой пирожок, из — за стола прочавкал старик, — «фараоны» всю братию в кутузку «заметут».

— А вам с Батюшкой рисковать незачем, — согласился отчаянный революционер. — Сам с Жуком пойду.

— Я бы тоже поостерёгся, совать голову под топор, — спускаясь по винтовой лестнице к столу, подал голосок аферист.

— А вот и наш главный живописец! — огорчил дружка Файл. — Батюшка, найдётся чистый холст и красивая рамка?

— Траурная? — заржал анархист. — Жука макнём башкой в краску, и профиль на ткань тисним.

— Лучше уж позолоченная, — придумал оригинальное произведение Файл. — Странник, одолжи новенькую купюру в сто серебряных.

— Пусть Жук свой золотой на мои бумажки разменяет, — не пошёл в меценаты старик.

— А какого дьявола мне самому к Пахану переться? — попытался соскочить аферист. — Да ещё и за свои кровные денежки?

— За сотню, я продам тебе волшебное снадобье, — чародей хитро подмигнул. — И Пахан не сможет сварить тебя в котле живьём.

— Я что— испарюсь? — недоверчиво прищурился пройдоха.

— Нет, пораньше сдохнешь, — серьёзно обнадёжил жестокий старик. — Следующую ночь, вам с Файлом, без противоядия, не пережить.

— Не согласный я, — отшатнулся от бородатого душегуба Жук.

— Не бойся, сынок, вы уже завтра по любому не проснётесь, — успокоил заботливый дедушка. — Я вам, ещё вчерась, в пивасик порошочка сыпанул. Так что, не жмись— оплати лекарство.

— За отраву?! — возмутилась безвинная жертва произвола.