Книга Сын ведьмы, страница 118 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— Вы не смеете меня подозревать! — взвизгнула штабная крыса, почуяв, что её загоняют в угол.

— Подозревать — моя профессия, — вперился острым взглядом в покрасневшую физиономию штабс — капитана Кондрашов и додавил «крысу»: — Странно как — то получается: с героями — фронтовиками вы враждуете, а с фельдшером, который живых людей в морг кладёт, дружбу водите. Ну, ладно там он с простым контуженым казачком разок ошибся, а к высшему командному составу, почему такое небрежение допустил? Ведь вот у меня тут утренняя справка из госпиталя имеется. Где известные доктора утверждают, что состояние полковника Беляева удовлетворительное, осколков в теле рентгеновский аппарат не обнаружил, раны не воспалены, серьёзной угрозы для жизни и здоровья пациента не представляют. Получается, ваш дружок в морг отправил легкораненого полковника.

— Я с низшими чинами дружбу не вожу, — задрал подбородок дворянин.

— Только ворованный спирт в дар принимаете? — издевался над ним капитан. — Или за краденую бутыль деньгами расплатились?

— Какую ещё бутыль?! — возмутился Хаусхофер.

— А у вас, кроме как в прикроватной тумбочке, ещё краденый спирт где — то припрятан? — деланно удивился контрразведчик. — Так мои бойцы могут тщательнее досмотр произвести. Вы ведь, господин Хаусхофер, теперь становитесь основным подозреваемым в организации диверсии. И свалить вину на казачка не удастся. Медик — душегуб и санитар — мародёр уже в разработке. Глядишь, и до главаря шпионского подполья скоро доберёмся.

— У меня ревматизм. Спирт нужен для компрессов, — задрожал голос у пойманного расхитителя армейского имущества.

— Странный рецепт — больные суставы лечить полосканием горла, — откровенно заржал капитан.

— Да как вы смеете? — робко пискнул Хаусхофер.

— Молчать, пустобрёх! — стукнул кулаком по столу Кондрашов. — Доносы тоже надо уметь строчить. Вместо того чтобы искать шпионов в штабе полка и вылавливать диверсантов, вы заставили офицеров уйму времени потерять на сбор сплетен про оживших мертвецов. А между тем, в полку зреют революционные настроения, появились провокаторы, смущающие умы неграмотных крестьян. Уже пойманы и расстреляны первые дезертиры. Да пусть солдаты лучше верят в воскрешение мёртвых, пусть идут в атаку с наивной надеждой в душе на чудесное исцеление от ран, чем разлагаются пропагандой врагов царя и отечества. Штабс — капитан, приложите свои таланты в нужном командованию направлении.

— Так точно, господин капитан! Разрешите, выполнять! — вытянувшись во фрунт, щёлкнул каблуками штабс — капитан.

— Выполняйте, Хаусхофер, а за чудным казачком мы найдём, кому поручить присматривать, — взмахом ладони, отослал доносчика прочь капитан. Контрразведчику показалось, что с ичезновением офицера дышать в помещении стало легче.

После ухода штабс — капитана, Кондрашов позвал для беседы начальника лазарета. Только перед этим приказал бойцу принести второй табурет.

— Уважаемый Роман Васильевич, почему такой талантливый… санитар прозябает в окопах, лишь спасая раненых первого батальона? — усадил доктора напротив себя капитан. — Ермолаев принёс бы значительно больше пользы в операционной полкового лазарета.

— Вы, безусловно, правы, Эдуард Петрович, но я сперва отнёсся с большим недоверием к казачьему знахарю, а после… — доктор смущённо развёл руками, — не нашёл в себе смелости открыто признать эффективность нетрадиционных методов военно — полевой хирургии. Алексей ведь обрабатывает раны открытым огнём, как древние целители.