Книга Ронин, страница 52 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— Ты тоже ничего, крепенький мужичок, — миролюбиво улыбнулся в ответ Алексей и протянул ладонь для рукопожатия.

Борец радостно заулыбался, что-то загалдел на своём языке и, раскинув руки, пошёл обниматься с новым другом. Алексей не противился. Он и не собирался позорить чемпиона. Просто, без демонстрации силы, подвыпивший мужик от него не отстал бы.

Публика зааплодировала и пошла отжимать у грустных маклеров свои ставки, считая, за примирением сторон, поединок несостоявшимся. Маклеры было возмутились, но один из компании борцов — гастролёров сунул им, в довесок к своим оставленным ставкам, пучок зелёных купюр, и тонкие губы японцев растянулись в халдейских улыбочках. Инцидент был исчерпан, маклеры заработали на пустом месте.

Андрюха выгреб трудовую мелочь из загребущих лап маклеров и поторопился к атаману. Алексей уже оделся и пытался понять, что там лопочет ему американец. Борец изъяснялся на французском не очень хорошо, а казак итого хуже.

— Он спрашивает: «Казак, ты не брат Поддубного?», — перевёл Андрей.

— Не, я Ермола… — осёкся на полуслове Алексей, чуть не проболтавшись. — Ермолая родственник. Поддубный с другой станицы. Но, можно считать, что все казаки дальняя родня.

— Он приглашает отправиться с компанией борцов на чемпионат Юго — Восточной Азии в Гонконге, — коротко перевёл бурный поток слов Андрей.

— Скажи, что я приёмов французской борьбы не знаю, — замотал головой Алексей.

— Приёмы — дело наживное. У тебя силища медвежья. Ты по ковру всех размажешь.

— Да и денег у меня нет сейчас в Гонконг плыть, — развёл руками бедный казак.

Подвыпивший американец сунул руку в карман пиджака и, достав толстый бумажник, выщипнул пучок долларовых купюр.

— Он оплатит дорогу.

— Андрюха, объясни, что не могу я товарищей на чужбине бросить. Только все вместе уплывём в Китай.

Услышав о проблеме, другие борцы тоже пошарили по карманам и вывалили на стол Алексея горку мятых зелёных купюр.

— Атаман, да тут на всю нашу команду денег на дорогу хватит, — принялся пересчитывать богатство дрожащими руками анархист. — Ещё и на проживание останется.

— Да втолкуй ты мужикам, что мы без паспортов из Японии не выберемся, — смутился от такой горячей поддержки команды борцов Алексей.

— Ты, атаман, не тушуйся — бери денежки, — подгрёб к себе обеими руками кучу долларов казначей отряда. — Капиталисты же не просто так их дают, они потом нажиться на твоём таланте хотят — в свою команду зазывают. Вон визитные карточки суют, и адрес отеля пишут, где остановятся на месяц.

— Благодарю за поддержку, — приложил ладонь к сердцу казак и поклонился. — Удастся вырваться из Японии, постараюсь в Гонконге найти ребят и с должком расплатиться.

Борцы пригласили русских за свой большой стол, собранный из пяти, сдвинутых в ряд. Андрюха распихал денежки по карманам и за локоть потащил скромничавшего казака к дармовым «плюшкам».

Алексей уселся за стол, и тут у него появилось странное чувство — в спину кольнул чужой злой взгляд. Видать, тренировки по методикам старого Акечи не прошли даром. Алексею не потребовалось оборачиваться, чтобы обнаружить недоброжелателя. Хозяин таверны пауком притаился в углу. Он, сверля злым взглядом спину казака, начиркал на клочке салфетки иероглифы и передал записку служке. Шустрый официант, сняв фартук, опрометью бросился к выходу.