Книга Диверсанты Фардара, страница 80 – Вячеслав Седых

— Что там внутри? — покосился на заляпанный грязью чемоданчик Мастер.

— Ценные бумаги, которые в умелых руках могут превратиться в денежки, — покрепче прижав к животу своё сокровище, шёпотом признался Толстяк и, увидев сомнение в глазах Мастера, торопливо продолжил: — А тяжёлый, так он бронирован — вот и тяжёлый. Говорю бумаги там, бумаги…

— Открой, — ткнул пальцем Мастер.

— Я же сказал — бронирован. Так просто внутрь не влезешь. Можно бы из бластера стрельнуть вот в эту щёлку, — Толстяк стёр грязь с узкой прорези для магнитной карточки, — но, гляжу, оружия у тебя тоже нет.

— Ладно, не дрожи за сейф. Твоя ноша — ты и тащи, — успокоил жулика Мастер. — Лучше скажи, как на поляне оказался и зачем о помощи слёзно просил, коль своих же обворовал.

— Да не везёт мне последнее время, — с горьким вздохом пригорюнился Толстяк. — Не успел я упорхнуть из Лабиринта, как какой — то паразит мне «крылышки подрезал». А уж когда я в джунглях очутился, да без транспорта, то решил: лучше сдаться своим ребятам и набрехать «с три короба», чем попасть в лапы к зелёным бестиям. Им «лапшу» на уши не повесишь — языка я их не знаю. Эти из меня самого лапшу нарежут.

— Значит, здесь тебя Круглым зовут?

— Да всё этот ублюдок Гоппа — это он мне новую кликуху приклеил. Представляешь, целый год тупые скоты меня обзывали. Теперь можешь понять, как мне тяжко и гадко было жить на Фардаре. Никто тебя не ценит, не уважает, ты для всех Круглый идиот…

— А кто находился в тех машинах, что нас атаковали? — прервал стенания обиженного судьбой пирата Мастер.

— Ну, ты и вопросики задаёшь, начальник, — возмутился Толстяк. — Откуда же мне знать. Они на боевых рассекали, у нас на базе таких машин отродясь не было, только гражданские легковушки без вооружения. Это вы хвост притащили. Вашу тачку первой разнесли в клочья…

— Довольно ныть. — Мастер решительно встал. — Ты как — со мной пойдёшь или, может, предпочитаешь путешествовать в гордом одиночестве? — в глазах Мастера мелькнул лукавый огонёк.

— Нет, нет, — торопливо подпрыгнул с места Толстяк. — Я не гордый. Я очень компанейский парень, весёлый, разговорчивый. Да и вообще, когда со мной по — хорошему, то и я всей душой.

Толстяк сразу смекнул, что Мастеру сейчас не до него, а раз так, то лучше пройти сквозь джунгли вместе с ним, чем сгинуть в непроходимых дебрях одному.

Мастер кинул грустный взгляд на вытянувшегося по стойке смирно покладистого мафиози, лёгким кивком разрешив следовать за собой. Не бросать же человека на произвол судьбы. Волею случая они стали союзниками в борьбе с местным режимом. Почему — то Мастер поверил Толстяку, хотя ошибка могла дорого обойтись.

Между тем, Толстяк Херри оказался крутым парнем. Мастер очень удивился, когда к закату всё ещё чувствовал за спиной натужное сопение компаньона. На ночь путники сделали привал, развели маленький костёр, и Толстяк смог излить душу. Бывалый мафиози обрушил на молчаливого слушателя лавину жутких историй из личной жизни. Выяснилось, что он потомственный пират: отец, дед и даже прадед занимались этим, по его словам, чрезвычайно почётным и, что не менее важно, прибыльным ремеслом.

Толстяк буквально расцвёл на глазах. Он взахлёб рассказывал о своих удивительных похождениях, и, хотя изрядно привирал, из весьма компетентных суждений вытекал однозначный вывод — он настоящий профессионал. В кругленьком Толстяке странно переплетались иезуитская хитрость с весёлым открытым нравом, а решительный характер с животной трусостью.