Книга Наследник, страница 32 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— Так, а вы что же молчали⁈ — возмутился Алексей.

— Парагвайские советы для большевиков, что красная тряпка для быка, — безнадёжно махнул рукой Кондрашов. — Тут вон этой весной в астраханских степях чуть нашу казацкую армию не расформировали, лишь заступничество Народного комиссара обороны Тимошенко помогло, да ещё Сталину очень понравилась телесвязь. Большевистские вожди чересчур уверовали в мощь РККА, и надеются, что у них есть не менее года для подготовки к большой войне.

— А какие сведения по этому вопросу у нашей разведки? — мрачно взглянул на генерала Алексей.

— Затем и спешил, чтобы последние данные сообщить: начало наступления намечено на двадцать второе июня, — достал листок из папки Кондрашов. — Аналитики считают, что уж в этот раз Гитлер не станет отодвигать начало операции на более поздний срок, ведь так можно потом и до холодов провозиться, а немецкие интенданты зимнее обмундирование не заготавливают. Генералами вермахта изначально планировалось уложиться с основными боевыми действиями в три–четыре тёплых месяца, но ведь нельзя исключать неизбежные заминки.

Алексей подошёл к столу и внимательно взглянул на разложенную карту.

— В противном случае, если немцы не отважатся напасть в этом году, — задумчиво огладил ладонью бороду владыка Парагвая, — то Сталин успеет оборудовать мощную приграничную оборонительную линию, создаст всепогодные аэродромы с бетонными полосами, отмобилизует ещё несколько миллионов личного состава и сконцентрирует у западной границы. Тогда нападать на СССР будет уже самоубийственно.

— Оно и сейчас, это умной затеей не назовёшь, — криво усмехнулся Кондрашов. — По моей информации от агентов с немецкой стороны, противник плохо представляет техническое оснащение РККА новейшими видами вооружения: тяжёлыми и средними танками, реактивной артиллерией, не говоря уж про последние парагвайские сюрпризы и притаившиеся в засаде казацкие армии. Иногда меня так и подмывает «слить» инфу врагу, чтобы супостат чуток охолонулся.

— Нет, в этом году войну не избежать, — категорично покачал головой Алексей. — Германцу ждать подмоги неоткуда, Гитлер уже всё, что мог, из Европы выгреб, а позволить Сталину укрепиться он не даст.

— Осталось только убедить в этом Сталина, — развёл руками Кондрашов и ядовито съёрничал: — Но я сильно сомневаюсь, что великий вождь красного народа удосужится прислушаться к мнению вождя малочисленного племени бледнолицых парагвайцев. Думаю, батюшка Алексей, даже самые крепкие слова логики разобьются о тупой лоб забронзовевшего большевистского идола.

— Если уж речь зашла о вождях и идолах, то тут не обойтись без шамана, — хитро улыбнувшись, поднял указательный палец Алексей.

— Да говорю тебе: Сталин и слушать не станет парагвайского пропагандиста, — отмахнулся генерал от зряшной затеи. — Видно, придётся казакам дожидаться у южных границ Союза, пока через западную немчура сама не полезет. Недолго уж осталось.

— Матвей ждать не стал, вот и мне резона нет, последний шанс упускать. Эдуард Петрович, прикажи готовить самолёт к вылету в Москву, только меня в официальные списки делегации не включай.

— Инкогнито в столицу проникнешь? — с прищуром глянул на лихого атамана Кондрашов и шутливо предположил вариант высадки: — Может, прямо на парашюте в Кремль к Сталину спрыгнешь?