Книга Владыка, страница 139 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— Догадываетесь, почему я приказал не повышать звания высшим офицерам?

— Слишком лёгкая оказалась победа, — пожал плечами генерал–лейтенант Врангель. — Разыграли всё, как на учениях.

— Один зарубежный деятель назвал её, вообще, случайной, — грустно усмехнулся Алексей.

— Она, скорее, закономерная, — переглянувшись с генералами, занимавшими первый ряд кресел, возразил Врангель. — Десять лет к столкновению с Боливией готовились.

— А я бы назвал её… подстроенной, — найдя подходящий термин, вступил в полемику с офицерами войсковой атаман. — Мы ведь знали о противнике всё, а он о наших силах имел ложное представление. Мы подобрали вооружение и тактику сообразно условиям боевых действий в дикой местности. Мы десять лет напряжённо готовились к такой войне и…

В зале надолго повисла тишина, офицеры, не решаясь угадать мысль атамана, напряжённо ожидали окончания фразы.

— Сами себе показали неготовность к столкновению с серьёзным противником, — неожиданно укорил командование Алексей.

— Мы же победили легко, — гнул своё генерал–лейтенант Врангель.

— Потерять более тысячи убитыми и ранеными — это, по вашему, лёгкая победа⁈ — вперил испепеляющий взгляд в генерала Алексей.

— Так противник же потерял шестьдесят тысяч, — не понял ветеран, чем тут недоволен атаман.

— Вы этим калек и солдатских вдов будете утешать? — продолжал гневаться владыка.

— На войне жертвы неизбежны, — пожал плечами фронтовик. — Уж и так минимум потеряли.

— А в столкновении с таким слабым противником могли бы и меньше понести потерь, — укорил Алексей. — Это наша с вами, господа генералы, недоработка. Не сумели мы, как следует, подготовиться даже к локальному конфликту. Впереди нас ждёт столкновение с сильным и умелым врагом. Надо учесть упущения в боевой подготовке и оснащении наших войск.

— Какие именно? — опять переглянувшись с генералами, от имени всех задал вопрос Врангель.

— Начну с неоправданных потерь в пехоте, — вышел из–за трибуны Алексей и, заложив руки за спину, начал прохаживаться, как профессор перед студенческой аудиторией. — Я провёл множество бесед с ранеными офицерами и установил основную причину боевых потерь — слабо подготовленные позиции. Что скажете в оправдание, Пётр Николаевич?

— Крайний рубеж обороны был оборудован капитально, — возразил Врангель. — А вот на подготовку заградительных линий обороны, конечно, времени и сил не хватало.

— Господа офицеры, прошу тоже не отмалчиваться и не считать, что суровый атаман собрал вас лишь для высказывания упрёков, — окинул взглядом притихшую аудиторию Алексей. — Мы сообща должны выработать рекомендации для улучшения боевой подготовки и повышения оснащённости войск.

— Основные потери пехоты были от артиллерийского огня, — сразу оживились офицеры в зале. — Укреплённых блиндажей надо бы больше создавать, да лесоматериалов под рукой мало было.

— Фельдшеров в подразделениях недостаточно оказалось, — подал голос другой офицер. — У раненых была большая кровопотеря, пока в санчасть доставляли. Надо бы медицинских аптечек побольше иметь в отрядах, и казаков обучить оказанию первой помощи при ранении.

— Николай Францевич, прошу записывать все предложения и выводы, — повернулся к начальнику штаба, генерал–майору Эрну, атаман. — Необходимо увеличить число курсов по подготовке фельдшеров, привлекая для обучения резервистов из гражданского ополчения. Всех военнослужащих, не взирая на чины, обучить оказанию первой помощи раненому на поле боя, в том числе и самому себе. Промышленности нарастить выпуск медсредств. А касательно оборудования укреплённых позиций — разработать мобильные электрические землечерпалки и наладить массовый выпуск. Пусть мы не всегда сможем укрепить блиндажи брёвнами, зато уж за короткое время выкопать глубокие «лисьи норы» будет по силам. Учитывая мощности электротранспорта, пехоте найдётся, откуда запитать электроинструмент.