Книга Владыка, страница 168 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— У меня дирижабль не резиновый — всех забрать не могу, — обернувшись, развёл руками владыка. — А за вооружённых фанатиков–паломников я, вообще, не в ответе.

— Сеньор Ронин, вы можете задержаться в Джибути, до урегулирования проблемы, — встав с кресла, уже заискивающе предложил губернатор.

— Теперь это уже ваши проблемы, а я спешу, не досуг мне, — небрежно отмахнулся от вздора владыка Парагвая и вразвалочку направился к выходу.

— Постойте, Сеньор Ронин, — шустро выскочил из–за стола губернатор и, засеменив короткими ножками, бросился обгонять ускользающего правителя. — Вы же не можете вот так просто уйти.

— И кто казака остановит? — смерил низкорослого толстячка насмешливым взглядом двухметровый гигант.

Примерно таково же было сейчас соотношение французских и парагвайских сил в Джибути. И если свирепые казаки задумали бы захватить город, то противостоять им было некому. Старинные пушки в фортах, по краям гавани, направлены в море, а вот новейшие мобильные парагвайские орудия уже были в городе, как и многотысячный десант, поголовно вооружённый автоматами. Да и вояки прибыли из–за океана непростые, отборные, каждый в рукопашной играючи троих уложит — случались, на днях, уж прецеденты в портовых кабаках. А стреляют парагвайские бойцы снайперски, — тоже баловались, публику потешая, — да и винтовок с оптическим прицелом у них на руках не меньше полутора тысяч.

Холодный пот прошиб обречённого губернатора, когда до него, наконец–то, дошла сложившаяся в городе взрывоопасная ситуация. Ведь если рванут вагоны с пороховыми ракетами, то от портовых складов камня на камне не останется, а учитывая, что в некоторых вагонах, исходя из таможенных деклараций, ещё и десятки тонн пушечных снарядов «для салютов» уложены — фейерверк будет до неба, и ещё полгорода туда же взлетит. И в то, что казаки–анархисты безропотно сдадут своё оружие, французу совершенно не верилось — во всяком случае, с итальянскими складами разбойники не церемонились, разграбили и сожгли.

Губернатор смекнул, что жалобу в Лигу Наций он сможет потом подать, только если сейчас успеет вытолкать оккупировавших Джибути парагвайцев в Абиссинию. И в настоящий момент он сидит на пороховой бочке с зажжённым фитилём.

— Сеньор Ронин, я могу разрешить дипломатической миссии проследовать в Абиссинию, — загородив телом дверной проём, расставил руки в стороны губернатор.

— Да казаки могут и без разрешения в Абиссинию уйти, — остановившись, усмехнулся владыка. — Каравану паровозы нужны и вагонов побольше, чтобы разом выехать.

— Весь подвижной состав в вашем распоряжении, уважаемый сеньор Ронин, — заискивающе улыбаясь, упёрся обеими руками в дверные косяки стойкий губернатор.

— Ну, тогда, пользуясь вашей добротой, абиссинские паломники сперва вывезут всё своё имущество с портовых складов, — обнаглел атаман парагвайских разбойников.

— Так у абиссинцев его мало совсем, — сразу не понял подвоха француз.

— Я доподлинно знаю: им итальянцы много задолжали, — панибратски похлопал сговорчивого хозяина по плечу заморский корсар. — Ещё с Первой итало–абиссинской войны контрибуцию не выплатили. А захотят оспорить, пусть потом в Лигу Наций жалобу подают, да и ты, дружище, вали всё на дикие нравы аборигенов.

— Парагвайцев? — сквозь зубы выдавил губернатор.