Книга Универсал, страница 71 – Константин Борисов-Назимов

— Александр Иванович, думаю вы потом мне объясните рунную связку, в которой сделала какие-то неточности, сейчас мне действительно следует спешить, — спокойно и немного холоднее, чем требовалось, произнесла Софи.

Хм, в глазах моей подруги какие-то недобрые искры мелькнули. Она чем-то недовольна? Судя по всему, ей встреча с преподавательницей не понравилась, а в особенности ее флирт. Интересно, что княжна предпримет? Неужели просто так уйдет? Софи резко развернулась, каблучок на ее туфле издал хруст и отлетел в сторону. Сама же девушка вскрикнула и стала падать. Разумеется, ей не позволил испачкать платье, поймал и шепнул на ушко:

— Ты чего вытворяешь?

— Нога, — поджав губы простонала княжна, а из ее глаз брызнули слезы.

Не играет?

— Дорогуша, ну как же вы так! — подошла к нам Эмма Эдуардовна, сверля взглядом княжну.

— Очень больно, похоже, я ногу сломала, — произнесла Софи.

— Перелома нет, но на старую травму наложилась новая, — мрачно изрек я. — Растяжение мышц и вывих. Почему каблук сломался?

Ответ мне без надобности, татуировка княжны хвостиком прикрыла мордочку, а с учетом того, что от детали обуви идет небольшой дымок, то все понятно.

— Господин ректор, прошу, побудьте врачевателем и помогите мне, — делая просительное лицо, прошептала девушка, не собирающаяся покидать моих рук.

— Хорошо, — кивнул я, а диагностика показывает, что острая боль у моей подруги уже прошла, вполне самостоятельно может передвигаться. — Отнесу вас в свой кабинет и пошлю кого-нибудь за госпожой Лисициной. Возможно, потребуется палочка или костыль.

— Я останусь хромой? — с толикой истеричности в голосе, спросила Софи.

— Не волнуйся, целители этого не допустят, — успокоила ее Эмма, при этом как-то странно разглядывая княжну.

Хм, а не забыла ли моя подруга, кого собралась таким образом провести? Преподавательница музыки и танцев уже набрала в свой клуб при университете тех, кто желает выступать на сцене. Вроде бы они там и актерскому мастерству учатся. Ну, сделал вид, что не заметил и победного взгляда Софи, которым она с вызовом посмотрела на Эмму. Для двух дам все понятно, но следует сохранять лицо.

— Вы только никому не говорите, что со мной приключилось из-за моей неуклюжести, а то сильно расстроюсь, — произнесла княжна, поудобнее устраиваясь на моих руках.

— Этот секрет умрет со мной, — хмыкнула Эмма Эдуардовна, как-то неопределенно покачала головой, а потом сказала: — Простите, мне пора на урок. Александр Иванович, вы же справитесь без моей помощи? В целительстве плохо разбираюсь.

— Ступайте, — кивнул я, а сам направился в свою приемную.

Уже войдя в комнату, поинтересовался у своей драгоценной ноши:

— Сама не желаешь пройтись?

— У меня вывих, — напомнила та, подумала и добавила: — Не вру, болью опалило и могла упасть. Сейчас ноет и внутри мышцы сокращаются. А еще следует послать кого-нибудь за обувью.

— Ты своей огненной стихии сделай выговор, — буркнул я. — Ей следует о хозяйке заботиться, а не боль причинять.

— Она не специально, — княжна встала на защиту ящерки. — Лучше бы меня поцеловал и утешил, пока никого нет, а то при мне обменивался любезностями с какой-то мымрой!

— Эмма Эдуардовна преподает в университете, — хмыкнул я, осторожно опуская в кресло свою ношу, которая никак не желает разжать руки на моей шее.