Книга Имперский хакер, страница 98 – Константин Борисов-Назимов

— Да, уже установил большую часть тех, с кем она общалась, — невозмутимо ответил гид, а потом продолжил: — Прости, даже при закрытой крышке ноута слышу, что происходит в комнате. В фоновом режиме процессы работают и доступ к микрофону остаётся, как и к камере, но последняя транслирует темноту.

— Нужен мессенджер, по которому привыкла общаться Евгения Михайловна. Свой номер телефона подменим на тот, которого никогда не существовало и тогда с женщиной свяжусь, — обозначил я предстоящие шаги.

— Как насчет двадцати восьмёрок? — предложил компьютерный помощник и добавил: — Пусть попробуют отследить!

Сказано — сделано, клиент мессенджера скачен и запущен. Регистрация прошла на подменный номер, осталось набить сообщение и отправить его матери Виктории. А с этим оказалось сложнее. Минут пять голову ломал, набранный текст стирал, но в итоге отправил: «Уважаемая Евгения Михайловна. Не беспокойтесь за Викторию, ваша дочь в безопасности, ей ничего не угрожает. Завтра к вечеру с вами свяжется». Почти мгновенно получил ответ: «Хорошо». А спустя пять минут зазвонил мой сотовый, высвечивая номер, на который сообщение отправлял.

— Как она меня расшифровала⁈ — вслух задался вопросом, нажимая пиктограмму приёма звонка и сказал: — Слушаю.

— Алексей Голицын, правильно? — прозвучал напряжённый голос матери беззаботно сопящей девушки.

Кстати, Виктория каким-то чудом смогла от одеяла освободиться, спихнула его на пол, а сама обняла подушку и ноги поджала.

— Да, всё верно, простите, но ваш номер не определился. С кем разговариваю? — осторожно ответил я.

— Это госпожа Самойлова Евгения Михайловна, мама Виктории, — с лёгкой усмешкой, сказала женщина.

— Весь внимания, есть новости о Вике? Волнуюсь за неё! — сдерживая улыбку, ответил, а сам перебираю варианты, как из сложившейся ситуации выпутаться.

Меня же, как говорится, на горячем поймали! Задели профессиональные способности. Неужели растерял хватку и хакером зваться не могу.

— И вы даже не поинтересуетесь, откуда знаю ваш телефонный номер? — поинтересовалась моя собеседница.

— Это не сложно объяснить, в том числе и соврать, — хмыкнул я.

— Хорошо, не волнуйся, мне Вика дала твой номер, — перешла на ты Евгения Михайловна. — Алексей, скажи, что с моей дочерью? Как понимаю, она сейчас с тобой, верно?

— И об этом догадались, — усмехнулся я, понимая, что скрываться уже нет смысла. — Но как?

— Ваше сообщение уникально, так со мной никто не говорит.

— А что если это написал неизвестный? — вяло попытался протестовать, без азарта и ради проформы.

— Стиль, а этот мой телефонный номер известен очень узкому кругу лиц.

Косяк! Нет, косячище! Как не проверил, с кем Евгения Михайловна общалась? Ведь элементарная подстраховка. И, да, она наверняка владеет ещё несколькими телефонами, общаясь с разными людьми. Это всё усталость сказывается, очень надеюсь — обрету свою прежнюю форму и тогда таких оплошностей уже не совершу.

— Понял, — коротко ответил.

— Господин Голицын, надеюсь вы человек чести, и Вика не окажется пострадавшей, — со сталью в голосе, заявила госпожа Самойлова. — Не хочу угрожать, но, — она помолчала, — у молодых людей случаются неприятности. Вы меня понимаете? — она опять перешла на вы.

— Не переживайте, я вашу дочь отыскал и, после некоторого размышления, привёл к себе. Ну, если точнее, то донёс, она лишку перебрала и сейчас спит, — посмотрел на ту, о ком идёт речь и головой покачал.