Книга Книжник, страница 156 – Константин Борисов-Назимов

Проснулся от щекотания и неудобного положения. Волосы Террии разметались по всей подушке, девушка уткнулась носом в мою шею и сопит, ее нога закинута на меня, а коленка упирается в живот. Ну, каким образом моя ладонь заползла под ее камзол и обхватила грудь сказать не могу. Правая рука оказалась под талией подруги, и я прижимаю ее к себе. Очень осторожно пошевелился, чтобы позу сменить и не компрометировать дочку коменданта.

— У нас что-то было? — неожиданно спросила та, перестав сопеть.

— Не помнишь? — уточнил я и поцеловал подругу в висок.

— Макс! Ответь, мне понравилось? — с каким-то страхом уточнила моя соседка по ложу.

— Откуда же мне знать? — хмыкнул, решив над подругой подтрунить.

Молчит, сопеть стала, а сама не сделала даже движение, чтобы изменить позу. Интересно, я ее разбудил, когда ладонь из-под камзола вытаскивал или она раньше проснулась?

— Я ничего не ощущаю, — произносит девушка, а потом резко приподнимается: — Блин! Макс, как так можно?!

— Ты о чем? — любуюсь гневом на лице Террии.

Ее взгляд мечется, явно задумала меня огреть!

— У нас ничего не случилось! — обвиняющее тыкнула пальцем в мою грудь.

— Так на утро решили оставить, — сдерживая смех, отвечаю. — Кстати, в моих намерениях тебе легко убедиться. Под бедром ничего не чувствуешь?

— Нахал! — заявила Террия и словно пружина, выпрыгнула из кровати.

— Прости, — покаялся я. — Ты мне тоже нравишься. Когда уснула, то побоялся беспокоить и относить в другой номер, сам тоже здесь остался. Кровать одна, вот мы ее и разделили. Заметь, раздеваться не стал и с тебя стянул только сапожки.

Террия о чем-то размышляет, поправила камзол, шумно выдохнула и несмело улыбнулась:

— Прости, не понимаю, что нашло.

— Хорошо, — кивнул я. — Ты тоже извини, если где-то пошутил неловко.

Мир восстановили, думаю, она сама все вспомнила, а целительский дар подтвердил, что ничего-то у нас не случилось. Горевать или радоваться? Тут как посмотреть, Шалий-то напряжение наверняка снял. А у меня со вчерашнего дня одни пролеты! Впрочем, есть другие проблемы и с ними предстоит разобраться в первую очередь.

Где-то через час, когда позавтракали в той последовательности, как и ужинали, выдвинулись по указанному адресу. Пролетку брать не стали, оказалось, тут совсем рядом. Шалий поведал, что Сужу он проводил до небольшого домика, в котором та живет с теткой. Мы так и не поняли с Террией, что у нашего приятеля за отношения с новой знакомой. Тот убеждал, что сразу вернулся в трактир и даже с протрезвевшими обидчиками помирился и распил пару фужеров вина, после чего отправился спать. Странный рассказ, если не хочет говорить — его право.

— Это здесь, — указа девушка на вывеску над входом в большую лавку.

— «Древние вещи», — вслух прочел Шалий.

Хоть время и раннее, где-то одиннадцать часов, за стеклом на двери висит табличка «открыто». Разумеется, мы вошли, колокольчик пару раз тренькнул над нашими головами, и кто-то крикнул:

— Иду. Минутку подождите.

Осматриваюсь и мысленно смеюсь. На полках и стенах установлены вполне себе привычные вещи, ни о каком древнем происхождении нет речи. Некоторые светильники искусно состарены, но сделаны топорно. Вызывают подозрения и картины, слишком яркие краски. Террия глаз не отводит от оружия, выложенного за стеклом на бархатной ткани. Ну, эти вещи однозначно сделаны давно или их ковал очень умелый кузнец.