Книга Книжник, страница 162 – Константин Борисов-Назимов

— Как понимаю, — Горгем пристально нас оглядел, — рисунок дракона и узоры на подносах вы способны разглядеть?

— Верно, — за всех своих друзей, ответил я.

— Какова у чаши особенность? — продолжил допытываться партнер Бамера.

— Понятия не имею, — я не стал скрывать, что эту тайну не разгадал.

— Жаль, — выдохнул хозяин лавки. — Ну да, ладно, мы составили представление о ценности каждой вещи. Однако, молодые люди желают сбыть все и сразу. Скрывать не стану, изначально предложил две тысячи, но после торга остановились на трех. Что скажите? — он посмотрел на Валтию, а потом на Горгема.

— Возможно, цена занижена, — медленно произнесла женщина и провела длинным ногтем по ободу чаши.

— Порядка двадцати процентов заложил нашей прибыли, — отреагировал Бамер. — Один не хочу рисковать и поэтому предлагаю совместную сделку.

Вот же хитропопый жучара! Впрочем, нам-то без разницы, кто заплатит.

— Как понимаю, перед нами будущий глава Книжного клана, сын судьи из Фозеля и их напарница, — медленно произнес Горгем, почему-то пристально посмотревший на Валтию. — Мне кажется, что перспектива дальнейшего сотрудничества не стоит настолько заниженной оценки. Правда, хочу озвучить и о рисках. Мы все видим большой потенциал от чаши, но ее ценность может многократно увеличиться, если артефакт обладает уникальными свойствами. Готовы ли вы, — он перевел взгляд на меня, — осуществить сделку и понимаете, чем рискуете?

— Разумеется, — подтвердил я. — Артефакты имеют свойство дорожать, редко когда они обесцениваются. Сейчас она, — кивнул на предмет преткновения, — стоит, допустим, пару тысяч, а завтра взлетит в цене. Что ж, так тому и быть. Вполне возможно, что ее настоящую ценность никогда никто не узнает. Хотелось бы услышать вашу оценку и предложение.

В переговорном кабинете, залом помещение можно назвать с большой натяжкой, воцарилась тишина. Самый молодой из антикваров оказался главным и теперь все ждут его слов.

— Три тысячи, даже если разделить на нас троих, большая сумма, — потер подбородок Горгем. — А с учетом того, что я бы выставил ценник в пять тысяч золотом, то и вовсе все осложнит. Свободных денег мало, недавно прибыл караван, и мы прилично отоварились. Нет, найдем если потребуется, но я бы предложил своеобразный обмен. Как насчет того, чтобы получить две тысячи золотом и каждому по уникальному артефакту? Их стоимость примерно равна по одной тысячи, делить ничего не придется.

— Что за предметы? — поинтересовался я.

— Пиала целительницы, — он кивнул Террии, а потом посмотрел на Шалия: — кинжал правосудия, — взял паузу и вытащил из кармана небольшой и невзрачный томик: — книга рун, предназначенная для того, у кого есть дар чтеца или, как его сейчас называют — книжника.

— А на что пиала способна? — уточнила наша подруга.

— Она подскажет целительнице состав мази или настойку от той или иной болезни. Ее применяли при отравлениях императоров и тех, кто был рядом с ним. Далеко не всегда хитрый яд можно опознать и нейтрализовать, а этот артефакт способен на такое, — произнесла Валтия и посмотрела на Бамера.

— Кинжал правосудия — известное оружие, его не так много гуляет по земле. Создавалось для несущих правду и борющихся со злом. Если захотите — легенды почитайте. Артефакт способен заставить говорить правду, даже если враг в забытье или под защитой заклинаний. Достаточно легкого укола и обладатель кинжала все поймет. Так же, он способен лишать провинившегося дара, с таким оружием следует быть осторожным и применять в исключительных случаях, — выдал длинную речь хозяин лавки, в которой находимся.