Книга Встать на ноги, страница 11 – Константин Борисов-Назимов

— Господин Ботвинов, простите, — начал подполковник, но доктор на него зыркнул и выставив перед собой ладонь перебил:

— Это моя вотчина и тут выполняются мои приказы и распоряжения! Порядок тоже устанавливаю, как и лечения назначаю! — он с шумом выдохнул, снял пенсне и стал протирать стекла краем халата, стараясь успокоить.

— Аристарх Георгиевич, не сердитесь, так получилось, — подошел я к Ботвинову. — Господа офицера очень сильно за своего раненого командира переживают. Вот и делают все, что в их силах.

— Сдуру и шею можно сломать, — буркнул доктор. — Ладно, Анастасия Николаевна, Михаил Юрьевич, прошу в мой кабинет, а остальные пусть тут обождут, — он резко развернулся и направился к двери.

Штабс-капитан чуть слышно выдохнул, подполковник крякнул, но от комментариев они отказались. С доктором им ссориться не с руки, как и диктовать не могут. Я же прошел за Ботвиновым, пропустив впереди себя Настю.

Госпожа Исаева сразу же устроилась на диванчике, при этом положив ладони на колени и стараясь казаться незаметной. Подозреваю, она ждет взбучки от доктора, а высказанные в ее адрес претензии в коридоре только цветочки.

— Желаете, чтобы от работы отстранил? — встал напротив Насти хозяин кабинета. — Голубушка, вам же хорошо известны мои взгляды, что любой доктор обязан оценивать свои силы, прежде чем пытаться помочь больному. Вот скажите, случись мне оперировать, разве смогли бы ассистировать? Боюсь, свалились бы в обморок!

— Аристарх Георгиевич, простите, — опустила голову девушка.

— Сомневаюсь, что взялись бы проводить операцию в такой час, — решил я вступиться за Настю. — Конечно, если что-то экстренное, то без вариантов. Господин Ботвинов, лучше объясните, что за проблема у раненого полковника и почему потребовалась моя консультация? Неужели вы с господином Статкевичем в чем-то сомневаетесь?

— Гм, Михаил Юрьевич, там осложнения из-за дара господина Зарубина, — потер висок доктор. — Объяснять долго, лучше вам самому на него взглянуть. Правда, он большую часть времени спит, колем ему снотворное, боимся, что осколки придут в движение и тогда его не спасти. Дело в том, что Павел Григорьевич настаивает на использовании вашего метода дробления, но возник ряд сложностей, — он поджал губы и задумчиво прищурился.

— А разве у полковника камни? — озадачился я.

— Какая разница, железо без проблем раздробим, — пожал плечами Ботвинов.

— И как порошок из организма выведете? — поинтересовался у доктора, прикинув, что если так действовать, то воздействие окажется в разы больше.

Сомнительно, что удастся не повредить внутренние органы. А если еще и сердечные, а по-научному, то корональные артерии рядом, то и вовсе процент успеха минимален. Пациент точно инфаркт получит, а то и вовсе умрет.

— Направить его в кровь, а ее сцедить, — загнул палец Аристарх Георгиевич, — это первый вариант. Есть еще мысль железный порошок сжечь прямо в теле пациента. Для этого насытим область кислородом и произведем направленный магический удар огнем. Разумеется, работа и в первом и во втором случае предстоит ювелирная.

— С сомнительным исходом, — покачал я головой. — Думаю, легче медленно извлечь инородное тело, чем пытаться его уничтожить.

— Михаил Юрьевич, а пойдемте к пострадавшему, сами все поймете, — устало кивнул Ботвинов в сторону выхода.