Книга Встать на ноги, страница 84 – Константин Борисов-Назимов

— Правь в ресторан, который на Манежной, — велел я Прохору.

— Так там этих ресторанов пруд пруди, какой конкретно нужен? — уточнил тот.

— На месте разберусь, — я вяло махнул рукой, пытаясь вспомнить название, при этом на меня накатывает слабость и мышцы начинают болеть. — Наверняка там Руссо-Балт где-то рядом.

Откат происходит после драчки или действие вещества, нанесенного на иглу? Уверен, что первое, заторможенность не та, которая произошла, когда Буркин в меня стрельнул из одноразового миниатюрного самострела, замаскированного под мундштук. Прикольная вещица, в саквояже пока лежит, как и оружие графа. Ладно, сделал благородное дело, избавил общество от мерзавца и насильника, никто по нему даже не всплакнет. А вообще, устал сильно, сейчас бы отрубиться на пару часиков, а так пару минут могу только подремать. Прикрыл глаза и провалился в сон. Отдохнуть не удалось, Прохор, такое ощущение, сразу разбудил, бася, что мы приехали.

— Спасибо тебе за помощь, — поблагодарил я извозчика. — Позаботься о господине Сидорчуке.

— Гхм, ваше благородие, у вас на плече пиджак порезан и пятно крови отчетливо просматривается, — пробурчал Прохор.

— Ерунда, поверхностный порез, — отмахнулся я. — Все, бывай.

Мой помощник не стал ничего говорить, уважительно кивнул и тронул лошадь. Он привез меня по адресу, ресторан называется «У артистки», Руссо-Балт Веры припаркован у входа, рядом с ним стоят еще три автомобиля, но попроще. Швейцар меня внимательно оглядел, даже хотел что-то сказать вышибалам-охранникам, но в последний момент отворил дверь и поклонившись сказал:

— Рады вас видеть, ждем, что станете постоянным посетителем.

— Благодарю, — коротко ответил я и мысленно хмыкнул.

Раз меня в таком виде без вопросов впустили, то дела и в самом деле в этом заведении идут не фонтан. При этом убранство нормальное, но чего-либо выдающегося нет. Не хватает изюминки, все стандартно и обыденно. Такие сделал выводы, осмотрев холл и войдя непосредственно в зал. Официанты, в белых халатах подпоясанных кушаками, неспешно по залу передвигаются, распорядитель скучает за барной стойкой.

А вот статный представитель грузинского народа мне с первого взгляда не понравился.

Ему на вид лет сорок-сорок пять. Он, судя по белой черкеске, поясу из наборных серебряных пластин, к которому прикреплен богато украшенный кинжал в ножнах, наверняка из князей. Дело в том, что его внимательно слушают три дамы, две из которых мне близки, а с проблемами последней только что разбирался. И как их, скажите на милость, одних куда-то отпускать. Нет, следовало господину Жукову сообщить, чтобы тот за ними присматривал. Моя недоработка! Правда, Мария скептически на горца посматривает, Вера хоть и улыбается, но вежливо и скучающе, а вот Настю этот господин заинтриговал.

— Дамы, для меня большая честь видеть вашу красоту так близко и иметь возможность ей любоваться. Не узнать госпожу Холодную просто невозможно, вы прелестны, а ваши подруги вызывают бурю эмоций.

— Петр Александрович, насколько помню, меня вам представляли не так давно, на одном важном мероприятии, — улыбнулась Вера. — Князь, неужели не помните?

— Не может такого быть, вы шутить изволите! — отмахнулся горец.

— Как же, в Петрограде организовывали званый прием, в честь собственной женитьбы. Супруга у вас красавица, вы не ее дожидаетесь? — с улыбкой на лице, произнесла Вера, при этом сдерживаясь от колкости. — Ее, если не ошибаюсь, Тамарой Александровной зовут? Мы с ней даже мило побеседовали, и она еще волновалась, что вокруг столько соблазнов, а ваша кровь так горяча.