Книга Наследник, страница 33 – Константин Борисов-Назимов

— К тебе можно? — отворилась дверь мастерской и прозвучал вопрос от генерала стражи, который не стал заходить.

— Могу запретить? — хмыкнул в ответ, но сразу добавил: — Разумеется, проходите.

Михаил Александрович с любопытством огляделся, а вслед за ним и профессор Майнин.

— Интересно устроились, молодой человек, — заметил Петр Борисович, после того как мы обменялись приветствиями.

— Догадываюсь, что пришли не просто так, полюбопытствовать на мою скромную мастерскую, — заметил я, отмечая, что у гостей даже на подошвах ботинок нет сырости (мокрые следы не оставляют!).

Это какой же они создали защитный контур, что обувь не испачкали? Возьму-ка этот метод на заметку и попробую сделать полную защиту, в том числе не только от ударов стихии.

— Да, Станислав, вы совершенно правы, — сказал профессор, рассматривая колбы с заготовленными лекарственными настойками. — Хочу уточнить о состоянии, в котором обнаружили вчерашних пациенток. Требуется понимание, какая им опасность угрожала и прогноз на случай, если бы лечения не получили.

— Хм, — потер я переносицу, а потом указал на лавку и стул: — присаживайтесь, постараюсь объяснить, но, с вашего позволения, минутку подумаю.

— Вообще-то, мы не располагаем большим количеством времени, — нахмурился Михаил Александрович.

— Станислав, не обращайте внимание на слова генерала, — усмехнулся профессор. — Господин Огнев должен понимать, что наука не требует суеты. Если и приходиться действовать в спешке, то только из-за угрозы жизни и здоровья.

Брат князя вынужденно кивнул, но на лице недовольство, хотя и не стал возражать. Ответ у меня есть, но стоит ли открывать карты и не сделаю ли себе плохо?

— Если разобраться, то здоровью девушек ничего не угрожало, — медленно проговорил и потер висок. — Да, их источники бы справились с ядом, но не сразу, для этого потребовалось пару дней, не меньше. Интоксикация не грозила, но с психологической точки зрения мог произойти эмоциональный взрыв, контролировать который было бы затруднительно.

— Другими словами, — профессор посмотрел на генерала стражи, — лекарь говорит об истерике.

— Уж это-то объяснять нет нужды, — отмахнулся тот.

— Насколько сильное случилось отравление? Какие вещества этому способствовали, c учетом того, что источники стихийниц с ядами легко справляются? — спросил Майнин.

— Как таковым ядом их не травили, — возразил я. — Психотропные вещества не угрожают конкретным органам, к тому же, насколько понял, обе девушки решили развеяться и приостановили контроль за алкоголем. Получилось этакое наложение запретов, воздействия на сопротивление, плюс утрата концентрации и контроля, а…

— Станислав, понимаю ваше желание не подставлять Стефанию и Стеллу, но давайте говорить прямо! — перебил меня Михаил Александрович. — Про такие ситуации говорят: «упились вусмерть»!

— Не соглашусь, — я отрицательно покачал головой. — Не подумайте, выгораживать девушек не стал бы, не та ситуация. Долю спиртосодержащих веществ в крови наблюдал в малых количествах. Что-то оказалось подмешено в напитки, и это сильно ударило по восприятию, магическая энергия в источниках пришла в волнение, резко увеличился ее отток, без видимых на то причин, произошла своеобразная блокировка для магических посылов. Думаю, до сего времени Стефания Олеговна и Стелла Викентьевна не в состоянии обратиться к своим специфическим возможностям.